15 февраля князь Репнин писал губернатору Орловской губернии: «Благоволите, ваше превосходительство, в известие всем обывателям Орловской губернии, вам вверенной, приказать объявить, что села Брасова с деревнями крестьяне г. генерал-лейтенанта Апраксина, за их упорное неповиновение правительству, от высочайшей власти установленному, и их помещику, не внемля даже высочайшему манифесту его императорского величества от 29 января сего 1797 года, и за их упорное сопротивление войскам его императорского величества, наказаны силой оружия и преданы, яко изверги, злодеи и преступники, огню и мечу; что тела их, справедливо погибших от их богопротивного преступления, недостойны погребения общего с верными подданными, зарыты в особую яму, с надписью, для всегдашнего омерзительного презрения всем верным подданным, что «тут лежат преступники против Бога, государя и помещика, справедливо наказанные огнем и мечом, по закону Божью и государеву», и, наконец, что дом их зачинщика и первого начальника в сем богомерзком преступлении, деревни Ивановской крестьянина, Емельяна Чернодырова, истреблен до основания, так, что и остатков оного не видно. Дабы все о том быв известны, в подобные пагубные злодеяния не впадали» (Шильдер. С. 269).

В начале своего царствования Павел I в своем манифесте объявил о том, что будет следовать во внешних отношениях мирной политике, заключил мир с Персией, отменил рекрутский набор, держал нейтралитет в отношении Англии, Пруссии, Австрии.

3 января 1797 года он писал прусскому королю: «С имеющимися союзниками многого не сделаешь, а так как борьба, которую они вели против Франции, только способствовала росту революции и ее отпору, то мир может ослабить ее, усилив мирные антиреволюционные элементы в самой Франции, доселе придавленные революцией». Павел I хорошо знал, что якобинской диктатуре во Франции пришел конец, Робеспьер и его соратники казнены, Директория из пяти директоров пока бессильна что-либо объявить самостоятельное, привлекает внимание лишь генерал Бонапарт, завоевавший Италию и разгромивший ряд австрийских армий. Павел I мечтает о том времени, когда прекратятся успехи французского оружия и она войдет в прежние пределы своего государства, наступит прежний мир и политическое равновесие. Екатерина II подготовила экспедиционный корпус для участия против революционной Франции, но его действия будут зависеть теперь от его распоряжений. Павел I писал командиру экспедиционного корпуса генералу Розенбергу: «Необходимо отвращать все, что в землях не неприязненных может возбудить ненависть или предосудительные насчет войска впечатления (избегать участия в продовольственных экзекуциях), внушать, что мы пришли отнюдь не в видах споспешествовать властолюбивым намерениям, но оградить общий покой и безопасность, для того [проявлять] ласковое и приязненное обращение с жителями. Восстановление престолов и алтарей. Предохранять войска от «пагубной заразы умов», соблюдать церковные обряды и праздники».