Я поделился ею с людьми просвещенными, со своей стороны много думавшими об этом. Всего-навсего нас только четверо, а именно Новосильцев, граф Строганов, молодой князь Чарторижский, мой адъютант, выдающийся молодой человек, и я.

Мы намереваемся в настоящее царствование поручить перевести на русский язык столько полезных книг, сколько только окажется возможным, но мы выпустим лишь те из них, печатание которых может быть разрешено, а остальные прибережем для будущего, чтобы таким образом, по мере возможности, положить начало распространению знания и просвещения умов. Но когда же придет и мой черед, тогда нужно будет стараться, само собой разумеется, постепенно образовать народное представительство, которое, должным образом руководимое, составило бы свободную конституцию. После чего моя власть совершенно прекратилась бы, и я, если бы Провидение благословило нашу работу, удалился бы в какой-нибудь уголок и жил бы там счастливый и довольный, видя процветание своего отечества и наслаждаясь им.

Вот каковы мои мысли, мой дорогой друг… Дай только Бог, чтобы мы когда-либо могли достигнуть нашей цели даровать России свободу и предохранить ее от поползновений деспотизма и тирании. Вот мое единственное желание, и я охотно посвящаю все свои труды и всю свою жизнь этой цели, столь дорогой для меня».

1 января 1798 года император Павел I на торжественных празднествах появился «в короне, в суперверсе и в императорской мантии». Этот год был весьма богат на великое множество самых разнообразных событий. Его императорское величество, довольное тем, что барон Аракчеев и великий князь Александр Павлович не покладая рук работают на Отечество, издал приказ, предписывающий наследнику председательствовать в Военном департаменте: «Сие делается за труды его в благодарность».

Павел I, ничего не подозревавший о том, что думает наследник престола, уверенный в преданности его идеям и реформам, 28 января 1798 года торжественно отметил рождение еще одного сына, которого назвали Михаилом, в тот же день он был назначен генерал-фельдцейхмейстером и шефом гвардейского артиллерийского батальона. Многие придворные даже не заметили, что императрица Мария Федоровна, несмотря на природную полноту модно и ярко одетая, всегда аккуратно подтянутая в талии, действительно ждала ребенка. Роды были тяжелыми, врачи посоветовали императору поберечь императрицу от следующей беременности. Павел I задумался. Николай, а потом, через полтора года, Михаил – такого количества наследников, пожалуй, в царской семье и не было.