– Но, ваше величество, я уже не раз выполнял такие щекотливые дела при матушке Екатерине и при императоре Павле. Однако обвиняемые вельможи постоянно обманывали государей, ссылаясь на свидетелей, и правда оставалась в затмении.

– Гавриил Романович! Ваше дело – расследовать возмутительные дела. Наказывать будет Сенат и император.

– В таком случае, ваше величество, дозвольте поехать в Калугу инкогнито, негласно, под видом отпуска. Я остановлюсь в имении графини Брюс и буду собирать документы о правонарушениях губернатора.

25 декабря 1801 года Державин с секретным указом, подписанным императором, отбыл в Калугу и начал свою деятельность собирателя фактов. А фактов было множество.

Вскоре Державин узнал, что губернатор Лопухин взял под вексель 20 тысяч рублей у фабриканта Гончарова, а потом предъявил Гончарову фальшивое обвинение, пообещал сослать его в Сибирь, если тот не отдаст вексель; помещик Хитрово убил брата, губернатор взял с него 5 тысяч рублей и не возбудил против него уголовное дело…

Державин послал императору письмо с описанием преступлений губернатора, через несколько дней нарочный привез повеление императора: отрешить губернатора от должности, а власть передать вице-губернатору Козачковскому. Как только Державин вернулся в Петербург, тут же узнал, что губернатор Лопухин написал на него донос, в котором обвиняет Державина в том, что вся губерния встревожена жестокими поступками Державина, дескать, в губернии возможны народные волнения.

Державин, возмущенный доносом калужского губернатора, просил императора возобновить следствие.

Император Александр был встревожен письмом губернатора, знал или предполагал, что это ложное обвинение, из почтенных и доверенных лиц был сформирован комитет, который должен был возобновить следствие и тщательно разобраться в противоречивых обстоятельствах.

В комитет вошел и граф Румянцев, через курьера получивший массу бумаг и документов, относящихся к делу. Прежде всего Николай Петрович внимательно прочитал копию рескрипта императора Державину от 8 февраля 1802 года: «Гаврила Романович. Получил я донесения ваши, с нарочным присланные, и по желанию вашему прилагаю здесь об вступлении в начальство губерниею виц-губернатору. Прилагаю также здесь просьбу помещицы Домогацкой, жалующейся на губернатора Лопухина; взойдите в рассмотрение по сему делу и присовокупите оное к прочему производству комиссии вашей. Здесь также прилагаю просьбу губернатора на вас, чего бы мне и не должно было делать, но, зная вашу честность и что у вас личностей нету, я уверен, что оное не послужит ни к какой перемене в вашем поведении с Лопухиным. Уверен также, что умеренностью вашей вы отнимете способы у него на столь нелепые притязания на ваш счет. Касательно до Каразина, согласно с его желанием я писал ему, что он может остаться в Москве. Пребываю навсегда с искренним уважением вам доброжелательный Александр».