Дом главы правительства, как в Иерусалиме, так и в Дгании Бет, всегда для нее открыт.

Здоровье Леви Эшкола ухудшается с каждым днем. В это время Моше Даян всячески выдвигает себя, как спасителя отечества. Правда состоит в том, что хотя он отдал приказ о начале боевых действий, но сам не участвовал в подготовке армии к войне. Этим занимался Эшколь с генеральным штабом. Суета вокруг Даяна ей крайне неприятна. Не о таком еврейском государстве она мечтала. Человек во власти плюет на законы морали. Ему прощается моральная нечистоплотность. В нормальном государстве человек во власти не посмел бы афишировать свои отношения с любовницами. Памятна история 1963 года, когда подполковник Дов Иеремия попросил Бен Гуриона обуздать друга его юности Даяна, у которого была любовная связь с женой Дова Адасой Мор. Бен Гурион в ответ привел в пример историю Горацио Нельсона и его любовницы – жены британского посла в Неаполе Эммы Гамильтон. Он даже сравнил Даяна с царем Давидом, что не был сброшен с трона из-за истории с Вирсавией.

Генерал Даян увлечен собиранием древностей. Но он собирает коллекцию с использованием служебного положения и не обращая внимание на закон.

Археологи в отчаянии жалуются, что еще в пятидесятые годы Даян, тогда начальник генерального штаба, мобилизовал группу десантников, собирающуюся в субботний отпуск, на археологические раскопки. В марте 1965 года, руководители археологического отдела подали жалобу против Даяна в полицию о воровстве древних артефактов. Но это не вызывало никакой бури в обществе.

Государство Израиль богато талантами, готовыми отдать душу народу и стране, но руководство государства находится в руках людей с весьма сомнительной моралью. И мечта о создании государства, которое будет светочем для всех народов, остается мечтой. Еврейское руководство недостойно быть примером для общественности.

Когда Наоми вернулась в кибуц с сообщением, что на армии нет никакой вины, Израиль встретил ее в напряжении. В связи с сорокалетием со дня принятия меморандума об идеологических принципах Движения кибуцев, готовится симпозиум, в котором примут участие его идеологические противники. Пока он еще жив, он должен сформулировать свои принципы в ясной и убедительной форме. Когда Наоми рядом, силы его удвоенны. И она сидит с ним, привыкшая переносить любую боль и недомогание. Она работает над его текстами. Он все еще верит в то, что силой слов повлияет на Движение кибуцев.

Три часа он не отрывается от пишущей машинки. Утолив голод, она начала читать и анализировать, его текст. Вначале идет объяснение идейного развития понятия «коллектива» с 1927. Израиль пишет: