26 февраля, в воскресенье, в Петрограде никто с утра не работал. Праздничный день. Газеты не вышли. Это сразу показало что-то неладное. С утра повсюду войсковые наряды. Мосты через Неву, все дороги и переходы по льду охраняются войсками. Всюду цепи, разъезды, посты. И несмотря на это, рабочие, одетые по-праздничному, и всякий люд, особенно молодежь, все тянутся со всех сторон к Невскому. Все препятствия обходятся. С отдельными солдатами, постами разговаривают мирно, дружелюбно. Среди рабочих, особенно в Выборгском районе, появился лозунг — брататься с солдатами. Пешей полиции не видно. Это производит тревожное впечатление. Всюду войска.

В тот день я должен был обедать у знакомых в Царском Селе. Я предполагал воспользоваться случаем и переговорить по прямому проводу со Ставкой — с генералом Воейковым. Вот почему, чтобы быть в курсе всех событий, я около 11 утра, сговорившись заранее, приехал к С. П. Белецкому. Он жил недалеко от Соляного города. Ехал по Фонтанке — пустынно, неприятно. Около дома Протопопова — наряд. Жандармы.

Белецкий был серьезно встревожен. Он понимал, что происходит нечто необычайное, но слова «революция» он избегал. Он очень одобрил мой план протелефонировать Воейкову и при мне стал спрашивать новости у директора Департамента полиции Васильева.

Васильев сообщил, что под утро произведена большая ликвидация: арестовано до ста человек из разных партий. Арестованы все вожаки движения. Арестован «руководящий» движением «коллектив». Надеются, что завтра, в понедельник, все будет кончено. То же самое, но только в других выражениях, сообщил и Протопопов. Белецкий отнесся к их успокоениям довольно сдержанно. Я понял, что он не верит в арест какого-то «коллектива», руководящего якобы всем движением. Такого тогда не было.

Были арестованы пять человек из Петербургского комитета большевиков, но это была капля в море. Начальник Охранного отделения смеялся над этими арестами, произведенными по его спискам.

Белецкий понимал, что в Петрограде нет фактически авторитетного военного начальника, который бы руководил подавлением беспорядков. А между тем все передано в руки военных. А главное, нет государя. Нужно, чтобы государь немедленно вернулся из Ставки.

Я еще успел пересечь Невский и проехать обратно к себе (Фонтанка, д. № 54), но с полудня Невский по тротуарам уже был залит людской массой. С двух часов в разных концах начались демонстрации.

Толпа занимает середину улицы. Появляются красные флаги. Поют революционные песни. Особенно возбужденное состояние у Казанского собора, у Гостиного Двора, на углу Садовой, на углу Литейного, вокруг Знаменской площади. Площадь удобна для демонстрации, но пехота не пускает народ прорваться на площадь. Конные наряды бросаются на толпу, из толпы летят камни, ледяшки.