Я ответил: «Со мною большое войско, и если останусь здесь, то возникнут затруднения с кормом и продовольствием». Правитель Гура ответил: «В таком случае, следуй через Герат в Хорасан, там найдёшь много корма и продовольствия». Я сказал: «О отважный муж, раз уж мы отныне друзья, скажи своим воинам, пусть те научат моих умению забрасывать и цеплять крюками врага». Эбдал Гильзайи ответил: «Если ты научишь моих воинов способам применения огня, я велю им обучить твое войско как управляться с боевыми крюками». Я сказал: «Я не могу обучать твое войско применению огня (имеется ввиду порох-Марсель Брион), поэтому пусть будет ни от тебя, ни от меня (в том смысле, что воздержимся от подобного обмена опытом). Поскольку мы друзья, велю ка я своему табибу полечить тебя». Эбдал Гильзайи ответил: «Наши табибы лучше ваших умеют врачевать раны и если только они не смертельны, выздоровление будет несомненно достигнуто».

В тот день в Фируз-абад прибыл гонец и мне сообщили, что входя в город, он передвигался в обуви в виде больших досок, что позволяло ему с меньшими затруднениями передвигаться по снегу. Я не поверил тому сообщению, пока своими глазами не увидел того человека. Он был из племени горцев страны Гур, высокого роста, темнолицый и когда я встретился с ним, он держал в руках свою деревянную обувь. Эта обувь представляла собою две прямоугольные доски, каждую из которых он крепил к ноге, чтобы не проваливаться в глубокий снег, а в некоторых местах он с их помощью скользил по снегу, и до того я не видал подобной обуви. Эбдал Гильзайи разъяснил мне, что с помощью именно такой обуви передвигаются по снегу люди, живущие в горах Гура в зимнюю погоду, когда снег делает передвижения затруднительными.

Гонец принес послание для Эбдала Гильзайи, из которого явситвовало, что сын мой, шейх Умар, вместе с двадцатью тысячью всадниками, застрял в заснеженных горах Гура. Послание было адресовано падишаху Гура одним из местных правителей и вероятнее всего, Шейх Умар не ведал о том, что я нахожусь в районе Фируз-абада. Я сказал Эбдалу Гильзайи: «Эти двадцать тысяч всадников под командой моего сына, Шейха Умара, являются частью моего войска. Я сам велел Шейху Умару вступить в страну с войском и идти ко мне на помощь. Теперь же он застрял в снегах, находясь в стране, население которой смотрит на него косо и считает его чужеземцем. Если хочешь быть моим другом, ты должен сейчас проявить свое дружеское отношение тем, что спасешь моего сына».

Падишах Гура ответил: «Как ты видишь, я ранен и не могу передвигаться, и не в состоянии лично отправиться выручать из беды твоего сына и его войско, но передам указание тамошнему правителю, чтобы сделал все, что может для спасения твоего сына и его войска». Я сказал: «Особо подчеркни в своем послании, чтобы правитель той местности обеспечил войско моего сына продовольствием, кормом и топливом. Я так же полагаю, что воины Шейха Умара должны испытывать острую нужду в палатках, войлоке и мехах».