Я связываю судьбу человека с характером принимаемых им решений и считаю, если бы Аллах не хотел, чтобы человек был хозяином своей судьбы, он бы не наделил его разумом, творец потому и даровал человеку сознание, чтобы тот мог крепко держать в своих руках поводья, с помощью которых можно управлять судьбой. Когда слуга-гулям принес Коран я, после омовения, открыл его наугад и прочел следующий аят:

«Инна фатахна лак фатхан мубинан».

(т. е. «Истинно, Мы помогли тебе победить верною победою»

Начало суры 48 «Аль-Фатх» — Победа)

Именно этот аят Всемогущий Творец ниспослал последнему из пророков (да благословит Аллах его и его род) накануне взятия им Мекки, тем самым Аллах возвестил ему, что он обязательно возьмет тот священный город, так оно и произошло и пророк ислама, после того, как к нему снизошел упомянутый аят, взял Мекку и направился к храму Каъаба и велел Билалу, муъэззину, взобраться на верх храма и пропеть азан-призыв к молитве. И как только тот призыв коснулся слуха мекканцев, они группами и семьями стали принимать ислам. Доброе предвестие, исходящее из содержания аята, привело меня в такой восторг, что мне хотелось выйти из шатра и громким голосом пропеть азан, однако несвоевременно прозвучавший призыв к молитве мог только нарушить покой воинов и их начальников. С того момента я ощутил в себе прилив новых сил, я чувствовал, что могу одолеть любое препятствие и ничто не в силах помешать моей победе. Настолько сильно тот восторг охватил меня, что поначалу я не обратил внимания на некий гвалт и шум, когда в шатер вошли двое из моих военачальников и сообщили, что индусы, используя слонов, вышли из южных ворот Дели и напали на наше войско.

Я велел им отправиться и зажечь как можно больше костров и факелов перед слонами, потому что те боятся пламени и не смеют переступить через него. Так же я велел передать Эбдалу Гильзайи, чтобы направил своих крюконосцев навстречу слонам, тех животных надо было остановить или обездвижить, нанося им тяжелые раны. Лучникам я велел поражать стрелами хоботы слонов, и сказал. что сам я подойду на поле боя после осмотра лагеря. Я облачился в доспехи, надел шлем, вскочил на коня и проверив свою саблю и секиру, отправился осматривать лагерь. Я потому решил осмотреть лагерь, что не был уверен, что индусы не предпримут атаку еще с какого-нибудь другого направления, для этого слонов у Малу Экбаля и Махмуда Халладжа хватало. Мне говорили, что в распоряжении у Малу Экбаля имеется две тысячи слонов, я считал ту цифру преувеличенной, однако те двое могли пустить в ход несколько сотен тех животных. В ходе обхода лагеря я предупредил командующих отрядами, чтобы готовились к массированному наступлению, потому что южные ворота города были открыты и мы, могли бы, прорвавшись через них, попасть в город. Закончив обход, я направился в сторону южной части города и увидел, что там разожгли такое количество костров и факелов, что стало светло как днем.