Просматривая список, Сталин наткнулся на небезызвестного Мессинга. Что привлекло его внимание – беседы на даче, а может, злосчастные сто тысяч рублей, которые заезжий шарлатан выцыганил у кассира сберкассы, – неизвестно, только вождь продиктовал ему особую благодарственную телеграмму.

Спустя несколько дней Поскребышев не без некоторой доли обескураженности поинтересовался, уместны ли поздравления в адрес Мессинга, ведь этот артист находится под следствием? Сталин приказал разобраться. Когда спустя несколько дней Поскребышев доложил, что Мессинга притянули за измену родине, теракт и контрреволюционную пропаганду, вождь никак не прореагировал на такие зловещие обвинения. Никаких указаний насчет телеграммы тоже не дал. Таков был его стиль – запоминать все и пользоваться этим в самый неподходящий для ответственного за тот или иной вопрос товарища момент. Он умел вгонять ближайших соратников в смертельный страх.

Во время очередного доклада Берии о внутреннем положении страны Сталин между прочим поинтересовался – что с Мессингом?

Нарком растерялся:

– Был задержан в запретной зоне за нарушение пограничного режима.

Сталин пыхнул дымком.

– Как Мессинг оказался в запретной зоне?

– Он прилетел туда на самолете.

Сталин удивился:

– Мессинг умеет водить самолет?

– Нет, товарищ Сталин. Самолет вел летчик.

– Где летчик?

Лаврентий Павлович замялся.

Сталин сменил тему:

– Что с Мессингом?

– Его задержали пограничники.

Сталин приблизился и ткнул в Берию трубкой:

– Лаврентий, тебе не кажется, что, поставив во главу угла кадровый вопрос, партия должна строго спрашивать с каждого, кто по тем или иним причинам нарушает ее решения? Партия попросила – я попросил! – оставить человека в покое, а ты докладываешь, что известный тебе Мессинг, насчет которого ты получил специальные указания, вдруг решил бежать за границу и не нашел ничего лучше, как приземлиться в пограничной полосе. Это странно, Лаврентий. Ты полагаешь, товарищ Сталин выжил из ума и не в состоянии задуматься, зачем Мессингу приграничная полоса, если наши войска стоят на территории Ирана на двести километров южнее. Почему самолет не проследовал прямо в Тегеран? Разберись, Лаврентий, и доложи, что там за история приключилась?

Затем Сталин вызвал Поскребышева и в присутствии Берии приказал отправить Мессингу телеграмму с поздравлениями. Немедленно. Можно опубликовать в газетах.

Трущев с особым удовольствием вспомнил, как в телефонном разговоре Берия обозвал Гобулова «грязным ишаком, неспособным не то что наркоматом руководить, а навоз на дороге собирать».