Сам я ни разу в жизни ни на каких охотах не был, а посему решил слегка исправить свое невежество в этом вопросе. Позвонил своему другу Саше Подольцеву – заядлому охотнику. В его офисе (он тогда был главврачом крупнейшего в Москве медицинского центра при автозаводе ЗИЛ) мне ответили, что Александр Львович недавно ушел в отпуск. Ладно, перезваниваю ему на мобильник. Привет, привет, как дела? Ты сейчас где? – спрашиваю я. И слышу (вот бывают же такие совпадения!): «Да вот сидим сейчас в машине, направляемся на охоту на медведя, – отвечает мой дружок. – А ты чего звонишь, что-то срочное?» – «Да нет, – говорю, – просто хотел узнать, как проходит эта самая охота на медведей». Саша, натурально, ничего не понял, и пришлось объяснять ему, что к чему. Из его пространных объяснений я выяснил только, что дело это сложное, но в подобных случаях делается все необходимое, чтобы охотник без желанной добычи не остался.

И снова возвращаюсь в Москву. После окончания официальной части визита король и вся его многочисленная свита перебираются из Кремля в целиком арендованный марокканцами отель «Мариотт» на Тверской улице. С нашей стороны ему выделяется лишь охрана и переводчик, никаких других сопровождающих из числа официальных лиц, включая посла (а так я присутствовал на всех мероприятиях с его участием за исключением встречи тет-а-тет с Путиным), не предусматривается. Утром в день предполагаемого отлета короля в Великий Новгород, неподалеку от которого в лесу короля, видимо, ожидал уже хорошо прикормленный медведь, получаем известие – Его Величество передумал. Никуда не полетит и просит организовать ему прогулку по Москве, выделив при этом время для шопинга (его организовали в торговом центре на Манежной площади).

О покупках короля мне вечером под большим секретом рассказал переводчик, которому пришлось снова срочно переодеваться из уже надетой охотничьей амуниции в цивильный костюм. Они оказались не такими уж и многочисленными. Себе лично он купил часы с бриллиантами (где-то около двухсот тысяч долларов) и золотую «прищепку» (обычно ее называют булавкой) к галстуку. Догадайтесь с трех раз – в форме чего? Ну, разумеется, это был медведь! Кроме этого, он приобрел десять каракулевых шуб для сестер, а может, и еще для кого – ведь в скором времени он женился, а также тридцать туркменских ковров для своих многочисленных резиденций.

На следующий день король должен был вылетать в Петербург. Утром меня неожиданно просят связаться с министром. Исполняю и слышу: что тут за капризы со стороны твоих марокканцев? Только что позвонил Бенаисса и сказал, что король снова передумал и вместо Питера опять собирается ехать на охоту. Пришлось мне ему сказать, что, увы, поезд ушел, медведя отпустили на свободу и заново все подготовить уже не удастся. Так монарх и улетел из Петербурга (там осмотрел Эрмитаж и другие достопримечательности города) только с одним медведем – для ношения на галстуке. Но в целом он своим визитом в Россию остался весьма доволен. Видимо, и скромный вклад посла в его проведение был оценен. Во всяком случае, при отъезде из Марокко мне была пожалована высшая королевская награда – орден Алаутского трона с прилагающейся к нему большущей звездой.