В подарок королю Англии принц Файсал поднес саблю в ножнах из чистого золота, эфес которой был украшен жемчугом.

Переговоры вел лорд Керзон, и всячески предостерегал недждцев от посягательств на Хиджаз.

После Лондона делегация Неджда посетила Париж, где англичане организовали встречу недждцев с Файсалом ибн Хусейном, сыном тарифа Мекки, которого они уже титуловали королем Ирака.

Возвратилась делегация Неджда на родину (через Бомбей и Бахрейн) в феврале 1920 года. Переговоры в Лондоне и встреча в Париже еще раз наглядно продемонстрировали, что благоволили тогда англичане больше Хашимитам, а не Са’удам, и ставку в своих планах в Верхней Аравии делали на короля Хиджаза (184).

Заметно обострились в это время отношения эмира Ибн Са’уда с Кувейтом. Властвовал тогда в Кувейте тейх Салим ибн Мубарак Аль Сабах (правил 1917–1921), отношения которого с эмиром Ибн Саудом, как уже упоминалось в этой книге, не сложились. Был этот правитель Кувейта, как повествует о нем историк Абу Хакима, «неистовым мусульманином» и горячим привержецем бедуинских традиций. Бритты опасались, что шейх Салим мог проявлять к туркам, братьям по вере, благосклонность — оказывать им, негласно, конечно, определенного рода услуги. Одним из проявлений такой благосклонности, замечает Абу Хакима, англичане сочли беспрепятственные поставки товаров туркам, шедшие из Кувейта с караванами через территорию Сирии (185).

Шейх Салим полагал — и, думается, небезосновательно, — что определенною роль в осложнении отношений Кувейта с Англией сыграл эмир Ибн Са’уд, открыто обвинявший правителя Кувейта в симпатиях к Турции, и «пачкавший его имя» в глазах англичан. Шейх Салим, пишет в своих воспоминаниях о Кувейте Захра Фрис, дочь полковника Харальда Диксона, английского политического агента в Кувейте, усмотрел в обострении его отношейний с Англией руку эмира Ибн Са’уда, который был настроен в отношении шейха Салима крайне неприязненно (186).

Выход из сложившейся ситуации в отношениях с Англией шейх Салим нашел. Притом «без потери лица», как говорят по такому случаю арабы. Он позволил англичанам отслеживать движение судов в Кувейтской бухте и поток товаров, шедших через кувейтский порт, — и снял тот накал напряженности, что появился у него в отношениях с ними. Но вот предчувствия того, что сшибки с Ибн Са’удом ему не избежать усиливались у шейха Салима день ото дня. Они-то и подвигли его к тому, чтобы построить дозорно-сторожевой форт в Даухат Балбул, что на южной оконечности побережья Кувейта. Им он хотел пометить южные рубежи, как он их видел, удела Сабахов.