Помимо жестких заявлений и демонстрации силы ихванам путем поднятия в воздух аэропланов, англичане отправили в Кувейтскую бухту отряд боевых кораблей. На побережье шейхства высадился английский десант. Несколько залпов из орудий палубной артиллерии в сторону позиций ихванов ясно продемонстрировали им серьезность заявлений и намерений англичан относительно защиты Кувейта. Другими словами, британцы недвусмысленно дали понять ихванам, что хотели бы, чтобы они в земли Кувейта, вставшего под протекторат британской короны, больше не вторгались, и — во избежание недоразумений — отодвинулись от них, и как можно дальше.

Ничего иного, как ретироваться, ихванам не оставалось. И, погрузив на верблюдов бурдюки с водой, они из удела Сабахов ушли (26 октября).

Дальнейшие контакты, проведенные англичанами с правителем Кувейта и эмиром Неджда, показали, что их разногласия по территориальным вопросам не только сохранились, но и не претерпели никаких изменений. Шейх Салим настаивал на том, что территория, подконтрольная Кувейту, простиралась на расстояние в 140 километров во все стороны от крепостных стен столицы шейхства. Эмир Ибн Са’уд, в свою очередь, утверждал, что юрисдикция Кувейта дальше крепостных стен, возведенных вокруг города Эль-Кувейт, не распространялась (196).

Вместе с тем, получая от англичан финансовую субсидию, эмир Ибн Са’уд не мог не прислушиваться к их словам. Пытаясь сбить тот накал напряженности в отношениях с ними, что появился в связи с событиями вокруг Эль-Джахры, убеждал их в том, что никаких распоряжений ихванам насчет набега на Кувейт лично им не давал. Валил все происшедшее на шейха Файсала ал-Давиша. Утверждал, что сшибка у Эль-Джахры — это личная инициатива шейха Файсала.

Весной 1921 г. эмир Ибн Са’уд прознал от своих агентов в Джабаль Шаммаре о том, что при дворе нового тамошнего эмира ‘Абд Аллаха ибн Мит’аба ибн ‘Абд ал-'Азиза Аль Рашида появилось немало сторонников шарифской семьи. Дошли до него слухи и об их планах по объединению Джабаль Шаммара с Королевством Хиджаз. Осозновая всю опасность для Неджда, таящуюся в единении его старых и непримиримых противников, эмир Ибн Са’уд решил купировать обозначившуюся новую потенциальную для него угрозу и предпринять в этих целях военный поход против Хаиля.