Петр Тодоровский, пригласивший Олега Борисова сниматься в фильме «По главной улице с оркестром», хорошо помнил увиденную им в 1960-х годах комедию «За двумя зайцами»: «Сколько естественного, живого юмора вложено в национальный характер, сыгранный в сложной гротесковой манере. Персонаж молодого актера был грустным, трогательным, вместе с тем невероятно смешным и при этом абсолютно узнаваемым типом».

Петр Ефимович — одной крови с Олегом Ивановичем: никогда не играл ни в какие игры с властью, не входил ни в какие группировки, группки и коалиции, не возглавлял общественные организации и даже не помышлял о том, чтобы сделать это, поступал всегда так, как считал нужным.

Тодоровский, говоривший, что и роли второго плана в исполнении Борисова становились в кинолентах первостепенными, называл его актером глубоким, мощным, многогранным и неожиданным, говорил, что с первого взгляда тем, кто Олега Ивановича знает мало, он мог показаться человеком жестким и малокоммуникабельным, что к истине не имело никакого отношения, поскольку Борисов, стоило только узнать его чуть ближе, представал натурой тонкой, доброй и ранимой. «Олег Иванович, — характеризовал Борисова Петр Ефимович, — прекрасный товарищ, всегда придет на помощь, щедр, общителен и блестящий рассказчик».

Тодоровский рассказывал об эпизодах работы над фильмом — историей о человеке, который прожил, как ему казалось, не предназначенную ему жизнь. Природа щедро одарила этого человека, но он не смог заняться любимым делом.

Накануне первого съемочного дня весь Киев заволокло густым туманом. Он поглотил дома, деревья, людей… На душе у членов съемочной группы было тоскливо: Борисов прилетел всего на три дня, а предстояло снять финал фильма и еще несколько сцен.

Олег Иванович успокаивал Петра Ефимовича:

— К утру растянет.

И действительно, утром следующего дня резко похолодало, туман исчез. Но бесплатная массовка, собранная горкомом комсомола, стала неуправляемой — студенты, одетые в легкие костюмы стройотрядовцев, спасаясь от холода, разбегались кто куда. Назревала катастрофа — фильм без финала.

В самый критический момент, когда рушилось все, к камере подошел Олег Иванович (он снимался без головного убора и в легком плаще), взял гитару и сказал:

— Давайте снимать!

Включили фонограмму песни, которую исполнял главный герой, и Тодоровский увидел, как мгновенно изменилось выражение его лица. Он будто стряхнул с себя усталость, бессонную ночь, плохое настроение, ударил по струнам и зашагал по улице.

Замерзшие студенты приободрились, подхватили песню и вслед за Борисовым двинулись по улице. «Другой бы, — говорил Тодоровский, — сидел себе в сторонке и ждал, когда ему создадут „нормальные“ условия работы. Олег Борисов не исполнитель, он — друг фильма. Болеет за дело, живет своим героем, тщательно работает над текстом, беспокоится о своих партнерах, вносит полезные предложения и потому является в равной мере с другими членами киногруппы полноправным соавтором фильма…» Тодоровский и Борисов главным героем фильма сделали доброту, которая, как всякая истинная доброта, не нуждается в наградах.