Из Иерусалима специально на концерт приехала киевская подруга Аллы Инна Линецкая. Концерт прошел великолепно, при аншлаге, Олега проводили аплодисментами. «Перед глазами, — вспоминает Алла Романовна, — картина нашего возвращения с концерта. Спускаемся по какой-то улочке вниз, к дому. У Олега превосходное настроение. Он в замечательно сидевшем на нем новом костюме, в белом распахнутом плаще, развевающиеся волосы…» В квартире они посидели втроем, выпили немного лимонной водки.

А наутро у Олега температура — 41. Что делать? Телефон в квартире запрограммирован только на входящие звонки. Как-то удалось найти организатора концертов. С его помощью дозвонились Юре в Москву. Юра сообразил, позвонил довольно высокопоставленному знакомому Борисовых Сергею Станкевичу (Сергей Борисович работал тогда советником президента Бориса Ельцина по политическим вопросам), рассказал о состоянии Олега. Станкевич позвонил послу России в Израиле Александру Бовину, Бовин позвонил в больницу, и Борисова — под финансовые гарантии посольства, то есть российские финансовые гарантии, — поместили в лучшую больницу — в медицинский центр «Хадасса» в Иерусалиме.

По поводу финансирования… 23 июля 1993 года в «Правде» была опубликована статья, написанная Исраэлем Шамиром, в которой автор, предрекая российскому посольству в Израиле «долговую яму», пишет, что «дважды подвели Бовина его демократические дружки. Оба раза — на несколько десятков тысяч долларов… Первым послал в Израиль свою знакомую Собчак. В сопроводительном письме Бовину он просил обеспечить полное лечение данной гражданке и клялся заплатить за все с гонораров от издаваемых за границей книг. Дама получила исцеление по недешевым тарифам израильской медицины под личное обещание Бовина как посла России… По счетам так никто и не уплатил.

Вскоре Сергей Станкевич послал свою подругу на отдых в Израиль. И снова Бовин гарантировал уплату. И снова отдых обошелся в десятки тысяч долларов…».

По словам Александра Бовина, и Собчак, и Станкевич напрямую обращались к израильским властям: «Так что никаких „гарантий“ я не давал. И никто не мог предъявить претензии к посольству. В Израиле лечилась не „подруга“ Станкевича, а болевший онкологией великий артист Борисов.

Собчак и Станкевич отказались выполнять свои обязательства. И для меня это была не юридическая, а моральная проблема. Стыдно, когда политические деятели не держат слово. Стыдно перед израильтянами.

Я пытался как-то выбить деньги».

На свой запрос Бовин получил ответ из Министерства финансов:

«По поручению Правительства Российской Федерации от 20 августа 1993 года (№ 6301) Министерство финансов Российской Федерации рассмотрело сообщение посла Российской Федерации в Израиле А. Е. Бовина об оплате проведенного в Израиле лечения жительницы Санкт-Петербурга А. И. Юлиной по обязательствам мэра Санкт-Петербурга А. А. Собчака, а также актера О. И. Борисова по обязательствам советника Президента Российской Федерации С. Б. Станкевича и сообщает следующее.