Иногда казалось, что еще чуть-чуть, – и ее душа проснется и впустит в себя хоть крохотную порцию моего тепла, моего света и приведет в движение слегка тронутое арктическим холодом её немецкое сердце. Но мешали этому то ли ее упрямая немецкость, то ли далеко зашедшая игра «прошла любовь – по ней звонят колокола»…

Не хочет она меня в свою душу впускать, а мне, как настоящему мужчине, собственнику, хочется получить права на пользование всем тем, что было в ней и что окружало ее. Видно, не современный я, а домостроевец – и все тут. Даже самому противно. Другой, быть может, согласился сразу, расслабился и спекся бы: дескать, жена – топ-менеджер известного фонда в дочернем предприятии «Дойче Банка» в Германии! Ну что еще надо?! Но какое-то предчувствие мешало мне согласиться, и самое неприятное – знаю, в чем корень зла. Я для нее такая же находка, как хорошая и качественная вещь, выбранная в магазине ужасного секонд-хэнда, – и не более того.

Да, ей хорошо со мной заниматься сексом, обедать или ужинать, смотреть телевизор или беседовать вечером, а вернее, говорить самой, рассказывать что-либо, непременно, чтобы я ее слушал, – а я хороший слушатель, правда, она и сама рассказчик отменный, она обожает усесться в свое любимое вольтеровское кожаное и такое красивое кресло напротив меня и рассказывать, что Бог надушу положит.

Эти вечера я обожал больше всего. А еще я боготворил минуты особого вдохновения моей пассии, когда мог смотреть на нее и любоваться ею. Это было красочное зрелище!

Высокая, стильно одетая, с чистым открытым немецким лицом, с длинными тонкими пальцами – симпатичная, если не сказать красивая. Особый шарм был в милой небрежности, с которой она держала терпкую кубинскую сигару. У нее роскошная поза – нога за ногу, так что будь я художником, то давно написал бы картину в стиле элегантного Тропинина.

В симбиозе запахов, витающих по квартире, присутствуют все составляющие особого шика: сигарный дым, едва осязаемый аромат коньяка, изысканный парфюм. И картина приобретает законченную сказочную реальность!..

Рассказы о себе, о друзьях, о бесчисленных приключениях, о ее жизни, такой драматической и нелегкой. Или о том, как ей было здесь тяжело и плохо, как было трудно начинать банковский бизнес ей, женщине, в Германии; о родителях (правда, только хорошее), о литературе, музыке, религии, киноиндустрии – обо всем.

И вдруг меня пронзает, точно молния, мысль!.. Я нужен ей только для декорации. Ведь, как она сама говорит, и сигара, и коньяк, и виски, и самый обычный чай – вообще все кажется намного вкуснее в обществе красивого мужчины! А я все-таки, не скрою, да, красив! И красотой выделяюсь не абы какой, а утончённой, дорогой и джентльменской, а эти составляющие формируют мужской шарм на качественно иной, высшей ступени, делая его по-княжески породистым, а значит, и более ценным. Мои достоинства налицо. Я высок, брюнет с голубыми глазами и аристократически прямым носом; с «обалденными» ногами, как мне не раз заявляли мои пассии. В общем, фигурой и статью дотягиваюсь до голливудского образца, Джеймса Бонда.