Но это ещё не всё. Луиза Брамбак, широко известная своими морскими пейзажами, пригласила Бурлюков к себе в гости в Глостер. Она возглавляла там общество местных художников. Бурлюки с радостью приняли приглашение. «Мы с Давидом Давидовичем едем на десять дней, больше нельзя оставить газету, за Бостон, в Глостер, к мадам Бромбак. Она художница, аристократка, американка, Бурлюк писал её портрет. <…> Милая дама с большими серыми глазами, худенькая. Тут ведь мода, чем худее, тем прекраснее. Мы с Додей Большим вегетарианцы, не кушаем ничего живого, я уже три года, а Додя полтора. Здоровье его, слава Богу, хорошее, он выглядит румяным, полноты нет (исхудал на 65 фун.), доктор, который был прислан от страхования жизни (тут все мужчины застрахованы), написал рапорт “Перфектли”», — писала Мария Никифоровна в сентябре 1926 года в Прагу.

О том, что они в Америке стали вегетарианцами, Давид Давидович неоднократно писал и Фиалам, и позже Никифорову. Правда, вегетарианство было относительным — рыбу они ели, молоко пили.

Но вернёмся в Глостер. Знакомство с обитателями этих мест — рыбаками и их работающими на рыбных заводах жёнами — дало толчок к созданию целой серии этюдов. Бурлюк с удовольствием писал рыбаков, матросов, море, причём не только в Глостере, но и в соседнем Рокпорте. Постепенно эти выполненные в экспрессивной, пастозной манере работы стали популярными у широкой публики. А написанная в 1935 году картина «Вечер в Новой Англии» произвела фурор. Она была многократно репродуцирована, а критика называла её «восхитительным полотном».

Ещё одними частыми героями работ Бурлюка в 1930-е стали обитатели нижнего Манхэттена. Эти кварталы были населены его соседями, такими же бедняками, как и он сам. Бурлюк чувствовал своё родство, свою причастность к ним. Постепенно на его картинах появляются характерные низкорослые персонажи с большими головами, по которым теперь мгновенно узнаёшь его работы. Именно пейзажи нижнего Манхэттена считал самыми удачными друг Давида Давидовича, ставший сегодня уже классиком, американский художник Рафаэль Сойер.

Ярким свидетельством признания успехов художника и того, что он проторил наконец дорожку к сердцам американской публики, стала большая публикация в журнале «Эсквайр», снабжённая целым разворотом с иллюстрациями. Гарри Солпитер, который вёл в журнале рубрику, посвящённую изобразительному искусству, писал о том, что Бурлюку удалось, не изменяя себе, убедить американского зрителя в подлинности того, что он изображает, — «глостерского рыбака или итальянского рабочего, здания на Ист-Сайде или деревни в глубинке».