Теперь он берёг силы: никаких поездок в автомобиле, никаких прогулок по саду. Не носил больше своих дорогущих седых париков. Слуги подстраивались под его медленные шаги. Но всё же в его комнате стоял велотренажёр, и каждый день он некоторое время медленно крутил педали. Кино он теперь тоже смотрел дома; ему нравились фигуристые блондинки вроде Джин Харлоу. Если не было сил дойти до церкви, он слушал проповеди по радио или пел гимны под аккомпанемент приходившего на дом скрипача. Когда ему исполнилось 96 лет, страховая компания выплатила ему пять миллионов долларов — полную стоимость его полиса, как в случае смерти. Только один человек на 100 тысяч доживал до такого возраста. Однажды, прощаясь с зашедшим его навестить Генри Фордом, Рокфеллер сказал: «Увидимся на небесах». — «Увидимся, если вы туда попадёте», — немного грубовато ответил тот. Но с сыном Джон Д. никогда не разговаривал о смерти — только о жизни, деятельности, новых свершениях.

В апреле 1935 года ввели в строй 38-этажный Интернэшнл-билдинг высотой 156 метров, в начале мая закончили подземный торговый центр и систему пешеходных переходов между 48-й и 51-й улицами. К ноябрю 1936-го построили 36-этажный небоскрёб, в котором разместились редакции журналов «Тайм» и «Лайф». Обложку январского номера «Тайм» за 1936 год украсила фотография Эбби Рокфеллер — «выдающейся покровительницы ныне живущих художников в США»: за предыдущий год она передала Музею современного искусства 181 картину, купленную на свои деньги. Управляющие трастовым фондом, распоряжающиеся её деньгами, дали согласие на строительство нового музейного корпуса с прилегающим к нему Садом скульптур Эбби Олдрич-Рокфеллер, для чего дома Рокфеллера-старшего и Рокфеллера-младшего на Западных 53-й и 54-й улицах пришлось снести. В начале 1938 года Джон и Эбби переехали в новую квартиру в доме 740 по Парк-авеню.

Тем временем Куэвасы, спасаясь от кредиторов, вернулись в Европу; Маргарет примирилась со старым больным отцом (он умрёт в 1940 году). Однако они, подобно Бурбонам в изгнании, ничего не забыли и ничему не научились: Маргарет заложила свои драгоценности, чтобы купить себе платье к свадьбе испанского инфанта дона Хуана, состоявшейся в Риме 12 октября 1935 года, а после просила Катлера выкупить их за 1800 долларов. Её машина сбила насмерть итальянского мальчика, и Джордж, вместо того чтобы заплатить родителям ребёнка, попытался через своего друга, близкого к Муссолини, воздействовать на суд, чтобы избежать штрафа. Рокфеллер и тогда от них не отвернулся. Во-первых, Куэвасы старались получить американское гражданство для всей семьи. (Американцами были только Маргарет и Джон, родившиеся в США; Бесси считалась француженкой, а Джорджу, испанцу по отцу, испанский король пожаловал (или продал) титул — тот стал восьмым маркизом Пьедрабланка де Гуана, хотя настоящие испанские гранды над этим титулом смеялись.) А во-вторых, у обоих были проблемы со здоровьем: Маргарет часто впадала в депрессию, а Джордж мучился от артрита. Зато их дети росли здоровенькими, счастливыми, хорошо воспитанными, а Джон Д. так любил детей! «Вы самое дорогое, что у нас есть на земле. Мы любим вас нежно», — писал он им.