Насколько со временем изменилось его мышление, показывает то, что уже в 1952 году Оппенгеймер вслух рассуждал о вероятности превентивной войны, которую с ходу отвергал всего тремя годами раньше. В январе 1952 года Оппенгеймер имел беседу с братьями Олсоп, и Джо Олсоп заметил, что «доводы Оппи, откровенно говоря, были чертовски близки к идее превентивной войны — нам нельзя сидеть без дела, в то время как противник наращивает средства нашего несомненного уничтожения».

В феврале 1953 года Оппенгеймер выступал с речью в Совете по международным отношениям, и его спросили, имеет ли идея превентивной войны какой-либо смысл в современных условиях. Он ответил: «Я думаю, что да. Мое общее впечатление таково, что Соединенные Штаты физически переживут войну, не без ущерба, но переживут, если бы она началась сейчас и не продолжалась слишком долго. <…> Это не значит, что я считаю такую войну хорошей идеей. Я считаю, что, не заглянув тигру в глаза, мы будем пребывать в опасности и в конце концов, пятясь, придем к тому же».

К 1952 году Оппенгеймер был сыт Пентагоном по горло. Трумэн столько раз игнорировал его рекомендации, что Оппи решил больше не участвовать в выработке политики. В начале мая он обедал в вашингтонском клубе «Космос» с Джеймсом Конантом и Ли Дюбриджем. Трое друзей жаловались друг другу и делились слухами о своем положении в Вашингтоне. После встречи Конант записал в дневнике: «Кое-кто из “ребят” в консультативном комитете КАЭ заточил на нас топоры. Они утверждают, что мы спускали на тормозах водородную бомбу. Недобрые слова об Оппи!» В июне, устав от десятилетней борьбы с «плохими решениями, которые грозили стать еще хуже» и зная о планах их увольнения из консультативного комитета, все трое подали заявление о выходе из этого совещательного органа. Оппенгеймер написал брату, что желает теперь посвятить себя физике: «Физика сложна, восхитительна и слишком трудна для меня, помимо роли наблюдателя. Однажды она снова станет проще, но, вероятно, нескоро».

Однако уйти из Вашингтона было не так-то легко. Даже после увольнения из консультативного комитета председатель КАЭ Гордон Дин уговорил Оппи сохранить позицию консультанта на контракте. Этот шаг автоматически продлял доступ к секретной информации категории Q еще на один год. И это было не все. В апреле Роберт принял предложение госсекретаря Дина Ачесона стать членом специальной группы консультантов Госдепартамента по разоружению. Помимо него в группу входили Ванневар Буш, ректор Дартмутского колледжа Джон Слоун Дики, заместитель директора ЦРУ Аллен Даллес и президент Фонда Карнеги для содействия всеобщему миру Джозеф Джонсон. Как и следовало ожидать, группа выбрала Оппенгеймера председателем.