Стросс возвел заговор по лишению Оппенгеймера влияния на политику в области атомной энергии в ранг крестового похода во имя будущего Америки. Он заявил главному юридическому консультанту КАЭ Уильяму Митчеллу: «Если дело будет проиграно, программа атомной энергетики… попадет в руки “леваков”. Если это случится, произойдет второй Перл-Харбор. <…> В случае оправдания Оппенгеймера можно будет оправдать любого, сколько бы информации на него ни имелось». Ради спасения будущего Америки, рассуждал Стросс, не грех выйти за рамки обычных юридических и этических норм. Простого разрыва формальных связей Оппенгеймера с КАЭ и прекращения контракта на консультационные услуги Строссу было мало. Стросс боялся, что Оппенгеймер, если его не опорочить, использует свой авторитет и станет ярым критиком политики администрации Эйзенхауэра в области ядерных вооружений. Чтобы исключить такую возможность, Стросс устроил тайное судилище по правилам, гарантирующим нейтрализацию влияния Оппенгеймера.

К концу января Стросс поручил ведение дела Оппенгеймера Роджеру Роббу, сорокашестилетнему уроженцу Вашингтона. Робб семь лет провел в должности заместителя помощника федерального прокурора и пользовался заслуженной репутацией агрессивного судебного юриста, поднаторевшего в проведении беспощадных перекрестных допросов. Он принял участие в процессах по двадцати трем делам об убийстве, большинство из которых закончились осуждением обвиняемого. В 1951 году в роли назначенного судом адвоката Робб успешно защитил Эрла Броудера от обвинений в неуважении к конгрессу. (Броудер называл Робба «реакционером», но положительно отзывался о его юридических способностях.) Политически Робб был консерватором до мозга костей. В число его клиентов входил Фултон Льюис-младший, въедливый правый обозреватель и радиокомментатор. Робб многие годы поддерживал «сердечные отношения» с ФБР и, как докладывали Гуверу, всегда «шел навстречу» агентам Бюро. Пользуясь случаем, Робб втерся к директору ФБР в доверие, похвалив в письме отзыв Гувера на критику ФБР известного борца за гражданские права Томаса Эмерсона, опубликованную в «Йельском юридическом обозрении». Стоит ли удивляться, что секретный допуск для Робба Стросс выхлопотал всего за восемь дней.

Пока Робб готовился к слушанию дела, намеченному на февраль и март, Стросс отправил ему собственные выписки из досье Оппенгеймера, которые могли пригодиться для оспаривания свидетельских показаний, — «На случай показаний доктора Брэдбери», «На случай показаний доктора Раби», «На случай показаний генерала Гровса». Для каждого из этих случаев Стросс снабдил Робба документом, на его взгляд, полностью подрывающим правдоподобность показаний свидетеля защиты. Кроме того, по наущению Стросса ФБР предоставило Роббу обширные отчеты с выводами о деятельности Оппенгеймера, в том числе о содержании некоторых документов, извлеченных из мусорного бака физика в Лос-Аламосе.