Робб: «Что вы имеете в виду? Определение оружия или мою фразу?»

Оппенгеймер: «Вашу фразу. Я испытывал серьезную тревогу и беспокойство».

Робб: «Было бы точнее сказать, что вы испытывали моральные колебания?»

Оппенгеймер: «Давайте опустим слово “моральные”».

Робб: «Вы испытывали колебания?»

Оппенгеймер: «А кто их не испытывал? Я не знаю ни одного человека, не испытывавшего колебаний по этому поводу».

Через некоторое время Робб представил письмо, написанное Оппенгеймером Джеймсу Конанту и датированное 21 октября 1949 года. Этот документ был изъят ФБР из личного архива Оппенгеймера в декабре предыдущего года. Адресованное «дяде Джиму», письмо сетовало, что «за работу взялись два опытных лоббиста, Эрнест Лоуренс и Эдвард Теллер», агитирующие за создание водородной бомбы. После сердитой перепалки Робб спросил Оппенгеймера: «Согласитесь, доктор, что ваши отзывы о докторе Лоуренсе и докторе Теллере… несколько пренебрежительны?»

Оппенгеймер: «Доктор Лоуренс приезжал в Вашингтон. Он даже не вступил в контакт с комиссией, а прямиком отправился на аудиенцию с членами комитета конгресса и военного истеблишмента. Мне кажется, такое поведение заслуживает пренебрежительного отношения».

Робб: «То есть вы признаете, что ваши отзывы в письме об этих людях были пренебрежительными?»

Оппенгеймер: «Нет. Как пиарщики они заслуживают всяческого уважения. Я не думаю, что оценил их по достоинству».

Робб: «Слово “пиарщики” было использовано вами в оскорбительном смысле?»