В свете новостей про убийства трех капитанов начальство тоже занервничало. Когда стало известно о моей предстоящей встрече с Черным Сонни, пошли предположения, что меня подставили и собираются убить. Я парировал: «Зачем меня убивать? Я на стороне Сонни. Он лично пригласил меня на встречу». Джулс тоже считал, что Сонни не станет меня подставлять.

Но я все равно был на нервах. За Сонни могли охотиться из мести. Все, кто был рядом, автоматически становились мишенями.

Ко мне хотели приставить группу наружного наблюдения, и эту идею я полностью поддерживал, но потом начальство предложило расставить бойцов спецназа по близлежащим крышам.

— Вы с ума сошли? — возмутился я. — Расставить снайперов по крышам в квартале, который Сонни знает, как свои пять пальцев? Наружки хватит, мы справимся.

Группы наружного наблюдения входили в техническое подразделение, которым руководил Джим Чельстрем. Я пошел к Джиму и попросил выделить команду под руководством Пэта Колгана.

Группа наружного наблюдения — это не просто люди с биноклями. Если у агента возникает проблема, они обязаны вмешаться. Большинство коллег из Бюро видели меня только на фотографиях. Они не знали мой стиль общения или стиль общения Сонни. Если прибавить сюда непредсказуемые шумы и помехи из передатчика, то вероятность неправильного понимания возрастала еще больше, а вместе с ней — и риск того, что группа наружного наблюдения вмешается в самый неподходящий момент и сорвет всю операцию.

Любая ошибка со стороны группы наружного наблюдения таила в себе больше опасности, чем отсутствие этой самой группы. Несложно догадаться, куда отправится любой мафиозо, который заприметит наблюдение в том квартале. Конечно, в «Моушн лаундж» к Черному Сонни, хозяину квартала.

Когда я шел от соседней улицы к «Моушн лаундж», я точно знал, что группа наружного наблюдения где-то рядом. Я высматривал их, искал признаки их присутствия. Будучи опытным агентом, прошедшим не одну подготовку, я всегда подмечал такие вещи. Я шел и смотрел по сторонам. Они точно рядом. Но я так никого и не увидел — ни единого человека. Группа наблюдения знала свое дело.

Сонни сидел за барной стойкой. Обстановка не вызывала подозрений. Красавчик играл в пинбол, Чарли стоял за баром, Джимми Ходули сидел неподалеку. Потом я заметил еще одного типа, которого раньше не встречал. Его звали Рэй. Уже после операции я узнал, что Рэй Вин работал осведомителем ФБР и ходил на разные дела с Джоуи Массино и Сонни. (К слову, именно Вин прострелил себе руку, пытаясь сорвать ограбление особняка сестры иранского шахиншаха в 1980 году.) Но на тот момент мы с ним не знали о настоящих личностях друг друга.