Помню, еще в детстве поразила меня одна хлопочущая фигура. Фигура эта принадлежала моему дядюшке. Жил этот дядюшка всегда у себя в имении, занимался общественной деятельностью и был предводителем дворянства.

И вот каждый год, оставив семью и дворянские дела, приезжал он в Петербург «хлопотать».

Хлопотал он в каком-то министерстве, не то в суде, о возвращении ему каких-то кем-то неправильно захваченных лесов.

Хлопоты были сложные.

Деловые завтраки сменялись деловыми обедами, деловые обеды — деловыми ужинами, деловыми концертами и даже деловыми балами. Стоили эти хлопоты безумных денег. Но так как дело на полдороге бросать было бы глупо, то дядюшка, закусив удила и заложив имение, несся галопом к столбу.

Работы по хлопотам было так много, что даже к очередной сезонной даме, за которой он ухаживал, он успевал наведаться только в девять часов утра.

— Работать, работать, работать! — строго говорил он и, наскоро пересчитав в бумажнике деньги, деловито направлялся в цветочный магазин.

— Да, да, — благоговейно вздыхала наша гувернантка. — Вот с кого надо брать пример. Человек возвращается в три часа ночи, а в девять утра несчастный мученик уже на ногах и уже хлопочет.

Отхлопотав сезон, дядюшка возвращался домой. У него, очевидно, был хороший характер, потому что он никогда не выказывал особого неудовольствия по поводу своих неудач.

— Отложу до будущего года, а уж там вплотную нажму.

И, действительно, на следующий год он нажимал вплотную.

И вот как странно обернулось дело! Хлопоты дядюшки совершенно неожиданно увенчались успехом. Он выиграл процесс по всем пунктам.

Но как истинный и убежденный хлопотун, оставшийся вдруг без любимого дела, он прямо растерялся.

Его поздравляли.

— Какое счастье! Во-первых, материальная выгода, во-вторых, не надо больше хлопотать и, главное, не надо расставаться с семьей.

Дядюшка как будто не верил:

— Ну-ну, еще ничего не известно. Наверное, эти мерзавцы подадут апелляцию.

Но мерзавцы апелляцию не подали, и дядюшка скис. К счастью, у него оказалось подорванное здоровье, и он, с великой скорбью оторвавшись от лона семьи, укатил налаживать свой организм за границу.