И последнее сообщение: 22 октября 1987 года Советский Союз объявил, что Адольф Толкачев казнен за измену родине.

Оглядываясь на не столь давнее прошлое, я продолжаю ощущать сожаление в большей степени, нежели гнев. Вряд ли смогу я вернуться в Москву, чтобы закончить розыски потомков Александра Фролова. Хотя в годы правления Горбачева происходит столько неожиданных поворотов, что наверняка ничего сказать нельзя.

Однако, несмотря на свой поспешный отъезд из Союза, я могу все-таки, как мне кажется, попытаться связать несколько концов моей семейной истории.

Старший сын Фролова, Николай, отец Бабуты, был произведен в 1901 году в генерал-майоры, возглавил артиллерийские арсеналы в Москве и Одессе, позднее был военным губернатором Амурской области. В какие-то годы — точно установить не удалось, он оставил мать Бабуты и усыновил своего незаконного ребенка. Он вышел в отставку в 1907 году, но вернулся на военную службу с началом Первой мировой войны. Умер он от тифа в 20-х годах. Два его законных сына, Александр и Гавриил, были недолго на военной службе, а затем поломали семейную традицию и ушли в театр. Александр, умерший в 1942 году, долго работал в Большом театре художником по декорациям; Гавриил был актером труппы Художественного театра в Москве и других театров; умер в 1947 году.

Наиболее впечатляющей была военная карьера Петра Фролова. Он был пожалован в генерал-майоры в 1894 году, стал военным губернатором Киевского округа, затем членом Государственного военного совета в Санкт-Петербурге. В 1915 году он — командующий Петербургским военным округом, через год — помощник военного министра Сухомлинова, еще через год, в 1917-ом — член Государственного совета, высшего органа Думы. Он окончательно вышел в отставку в 1918 году после сорока девяти лет армейской службы. Как сыну декабриста ему было разрешено Лениным до конца жизни сохранить за собой семейную дачу в Иссаре, южнее Ялты. Там он жил с сестрой Надеждой и с ее сыном Сашей Манганари. Погиб он в октябре 19-го года от удара ножом, нанесенного рукой известного убийцы.

Надежда продолжала жить на территории поместья Бен-Джаним, пока не сломала ногу в бедре и не умерла вскоре после этого — примерно в 1930 году. Ее похоронили рядом с любимым братом Петром, о котором она имела обыкновение говорить: "Мы с ним как две березы из одного корня".

По сведениям, которые я нашел в архивах, территорию эту вскоре забрали под санаторий Аэрофлота, и соседние жители видели, как могилы Фроловых заравнивали бульдозером, чтобы сделать футбольное поле.