Я перебил Корнилова.

– Передача одной военной власти или также и гражданской? – спросил я.

– И военной и гражданской, – пояснил Корнилов.

– Вы мне позволите все это для памяти записать?

– Пожалуйста, – сказал Корнилов и протянул мне карандаш и бумагу.

– Быть может, лучше просто совмещение должности Верховного главнокомандующего с должностью председателя Совета министров, – вставил я.

Корнилов смутился.

– Пожалуй, можно и по вашей схеме, – сказал Корнилов, заметив: – Конечно, все это до Учредительного собрания. Затем, – продолжал он, – предупредите Керенского и Савинкова, что я за их жизнь нигде не ручаюсь, а потому пусть они приедут в Ставку, где я их личную безопасность возьму под свою охрану… Кто будет Верховным главнокомандующим, меня не касается, лишь бы власть ему была передана Временным правительством.

Я сказал Корнилову:

– Раз дело идет о военной диктатуре, то кому же быть диктатором, как не вам.

Корнилов сделал жест головой в знак согласия и продолжал:

– Во всяком случае, Романовы взойдут на престол только через мой труп. Когда власть будет лишь передана, я составлю свой кабинет. Я не верю больше Керенскому, он ничего не делает.

– А Савинкову вы верите? – спросил я.

– Нет, и Савинкову я не верю. Я не знаю, кому он нож хочет всадить в спину, не то Керенскому, не то мне, – отвечал Корнилов.

– Если вы такого мнения о Савинкове, отчего же вы его вчера не арестовали, когда он был здесь?

Корнилов молчал.

– Впрочем, – продолжал Корнилов, – я могу предложить Савинкову портфель военного министра, а Керенскому портфель министра юстиции.

Тут совершенно неожиданно в кабинет вошел без доклада ординарец Завойко, который перебил Верховного главнокомандующего, сказал наставительным тоном, как говорят ученику:

– Нет, нет, не министра юстиции, а заместителя председателя Совета министров.

Я удивленно посмотрел то на Корнилова, то на ординарца. Вид у Корнилова был сконфуженный.