Люди, осуществившие переворот – казачьи полковники Волков, Красильников и Катанаев, – сразу же сообщили о произошедшем адмиралу, который, очевидно, сам обо всем знал, после чего были немедленно арестованы и отданы под суд, но 21 ноября оправданы. Арестованные члены Директории – ее председатель Авксентьев, его заместитель Аргунов, заместитель Чайковского Зензинов и шеф полиции Роговский (все четверо из правого крыла партии эсеров) впоследствии были депортированы через Китай.

Глава 27 Версальская трагедия

Глава 27

Версальская трагедия

Остракизм России

После моей летней поездки в Париж на переговоры с Клемансо я пробыл в Англии до весны 1920 г., живя то в Лондоне, то в провинции. В самый разгар мирной конференции я снова отправился в Париж по просьбе членов свергнутой Директории, высланных из Сибири в результате колчаковского переворота и в конце концов добравшихся до Парижа через Китай и США.

В то время Ллойд-Джордж считался одним из самых влиятельных политиков в Европе, и Лондон являлся центром политического мира. Мое положение в Англии было довольно двусмысленным. Официально я был частным лицом и не имел никаких формальных связей с британскими властями, но в действительности в глазах большинства населения я оставался представителем свободной и демократической России. Я поддерживал дружеские отношения с многими хорошо осведомленными государственными деятелями и политиками из числа наших бывших союзников. Ни негативное отношение полуофициальной печати в Англии и Франции к Февральской революции, Временному правительству и мне лично, ни нападки на меня со стороны эмигрантов, сторонников белых диктатур, никак не влияли на отношение ко мне либерально мыслящих европейцев и многих моих соотечественников.

Именно от последних я узнал немало интересных фактов. Судя по всему, в начале декабря 1918 г. в Лондон из Москвы в обстановке полной секретности прибыли некие эмиссары большевистского правительства. Очевидно, Кремль узнал о разногласиях внутри британского кабинета по вопросу об английской политике в отношении России и обнаружил, что ни Ллойд-Джордж, ни его помощники, мягко выражаясь, не проявляли ни малейшей симпатии к политике Нортклиффа по установлению в России военной диктатуры. Эти русские эмиссары получили задание войти в контакт с самим Ллойд-Джорджем, а если не получится, то с его ближайшими помощниками. В обоих случаях они должны были убедить тех, что хорошие отношения с «единственным законным правительством» России вполне возможны и что Россия не питает ни малейших амбиций по поводу мировой революции, а наоборот, надеется на немедленное восстановление прежних связей с союзниками – особенно с Великобританией. Наконец, они должны были попросить у Великобритании помощи в восстановлении разрушенной войной экономики. Вскоре эти эмиссары (Крысин и Половцева), «только что прибывшие из Москвы», посетили и меня, подтвердив слухи о происходящем.