Александр Сергеевич делает к этим строкам примечание: «Граф Милорадович и генерал-адъютант Бенкендорф». Действительно, Александр Христофорович весть день оказывал помощь людям, пострадавшим от стихии и награжден алмазной табакеркой с портретом, деньгами, назначен временным комендантом Васильевского острова — района, наиболее разрушенного наводнением. Вот как сам он описывает свое возвращение во дворец, после ночи, проведенной в борьбе со стихией: «Вернувшись во дворец, я застал все службы в готовности оказать мне всяческую помощь. Император приказал разбудить его, как только будут получены от меня известия, но так как он только что заснул, я попросил пока ничего не предпринимать. В шесть часов утра меня впустили в его кабинет.

— Я всегда Вас любил, — сказал он мне, — но теперь я люблю Вас от всего сердца».

По распоряжению Александра Христофоровича здание Биржи превращено в госпиталь для самых бедных, каждый домовладелец обязан взять к себе несколько человек и кормить их несколько дней; врачи должны бесплатно лечить больных своего квартала, а аптекари бесплатно отпускать все лекарства по рецептам любого врача, в трех местах острова накрыли столы более чем на 800 человек, во всех кварталах раздавали хлеб, теплые шубы, шапки и сапоги, белье, а армия занялась восстановлением и постройкой домов и мостов, заборов и крыш. «Немедленно закипела работа и, несмотря на холод и трудности найти нужное количество рабочих, я почувствовал удовлетворение, видя продвижение работ вперед на восточных улицах». Но бороться с политическими неурядицами было сложнее, чем с наводнением.

В 1820 г. Бенкендорф участвовал в подавлении бунта в Семеновском полку. Тогда по приказу Александра I мятежный полк полностью распустили, а новый полк сформировали из первых рот различных гвардейских дивизий. По мнению Бенкендорфа, «этот приказ стал доказательством нерушимости дисциплины и в то же время примером снисходительного отношения Императора. Он был как удар грома для наших противников и полным разочарованием для высшего общества. В то же время он вернул страх и уважение к высшей власти. Этот документ показал, что Императора нельзя поколебать в его принципах за счет чувства привязанности, что он поддерживает всем своим могуществом генерала Васильчикова, как человека, обличенного его высоким доверием».

Тем не менее Александр Христофорович понимал, что кризис александровской системы управления еще далеко не преодолен. Международная система Европейского концерта (согласия) — сложившаяся после Наполеоновских войн и закрепленная на Венском конгрессе в 1814–1815 гг., также трещала по швам. Для поддержания установления конгресса в том же 1815 г. создается Священный союз России, Пруссии и Австрии. Александр получил известие о бунте в Семеновском полку, как раз находясь на Втором конгрессе Священного союза в Троппау. Поводом для созыва этого конгресса послужили революционные события в Португалии и Неаполитанском королевстве, а его результатом стало разрешение Австрии применить военную силу против революционного Неаполя. Русская армия присоединилась к австрийской, естественно, многие опасались того, что Итальянская революция может перекинуться и на Россию. Бенкендорф писал: «Солдатские казармы и городские площади были наполнены шпионами, которым хорошо платили за плохие известия. Они задавали вопросы солдатам, вынуждали их говорить то, о чем те и не думали, и сочиняли самые опасные высказывания… Несколько плутов посчитали случай удобным для того, чтобы осуществить свои подлые замыслы. Они способствовали появлению мятежных листовок даже в казармах, солдаты были обеспокоены этими действиями и всегда сообщали о них своим командирам. Общество уже не удовлетворялось этими новостями, некое подобие брожения заполонило весь город и начало распространяться также в Москве и во внутренних губерниях».