Словно услышав его, железное окошко в двери распахнулось, и Чикатило увидел направленный на него ствол пистолета. Он перестал кричать и замер, словно прикинувшееся мертвым насекомое, как делал всегда в минуты опасности.
В звенящей тишине раздался еле слышный щелчок — пистолет сняли с предохранителя. Рядом с Чикатило возникла, выступив из темноты, девушка в модном пальто:
— Вам плохо? — спросила заботливо. — Может, «Скорую» вызвать?
— Нет, — отозвался с другой стороны звонкий мальчишеский голос.
Чикатило обернулся. Мальчик стоял рядом, улыбался, держа в руке удочку и бидончик:
— На электричку опоздаю — мамка заругает. Она велела, чтобы я к обеду был, а то больше не отпустит.
Чикатило затравленно завертелся. Перед глазами замелькали лица.
— Батьку я сроду не видела, а мамка на ферме работает, в Божковке, — увлеченно рассказывала девушка-бродяжка. — Ну деревня такая под Белой Калитвой. Я, как школу окончила, поступать сюда поехала, в это… в училище, ГПТУ которое. Но там общага как тюрьма, а я свободу люблю. Шевели мослами, дядя Андрейка, трубы горят.
— Извините, у вас двух копеек не будет? — заискивающе спросил Саша. — Мне мамке позвонить надо…
— Хорошее сегодня пиво. Свежее, — раздался над самым ухом голос Мальвины.
— Вы сказали — Ил-2? А мы с пацанами модель Пе-8 строим.
— О, господи… Извините… Я бог знает, что подумала…
Звучали из темноты голоса, мелькали лица. Почему все они пришли к нему в этот последний момент? Зачем? За что? Так не бывает!
— А вот и бывает! — улыбалась Леночка Закотнова. — Дедушка Андрей, если хочешь знать, может мне сто тыщ жвачек подарить.
Он не услышал выстрела — просто перестал видеть, ощущать, думать. Перестал быть живым. И в этот момент где-то очень далеко, на грани угасающего слуха, простучали колеса, а потом раздался протяжный, тревожный гудок электрички…
Послесловие
Послесловие