– Через неделю нам следовало бы сюда перебраться, – сказал «сенатор».

– Через неделю все будет готово, – поспешно сказал директор. – Мы имеем личное указание от министра, Дмитрия Федоровича Устинова.

– До свидания, спасибо.

Оба гостя, попрощавшись, уехали, а полковник остался для обсуждения, как он выразился, деталей.

В течение назначенной недели в помещениях НИИ, отмеченных на синьке, ломались старые перегородки и ставились новые, работали штукатуры, маляры, паркетчики. Потом туда были завезены новые шкафы, лабораторные и письменные столы, стулья. В лабораторных помещениях телефоны были сняты, зато в коридорах у дверей появились столики с телефонами и стульями для дежурных. Все помещения были компактно расположены в одном отсеке институтского здания, выгорожены и взяты под специальную откуда-то прибывшую охрану, которая подчинялась только полковнику госбезопасности. Это были не вохровцы, а настоящие солдаты в синих фуражках с красными околышами; у них были винтовки с примкнутыми штыками, а на туго затянутых ремнях – подсумки с боевыми патронами.

Отец сразу же пригласил на работу в СБ-1 многих соучеников по академии и несколько человек из преподавательского состава. На предприятие перевели группу специалистов по радиоэлектронике, ранее трудившихся в спецлаборатории НКВД. Множество специалистов было из Германии – частично военнопленные, но большинство – вольнонаемные, добровольно приехавшие в СССР.

Постановлением правительства от 7 сентября 1947 года предусматривалось использовать усовершенствованную крылатую ракету 10-Х конструкции будущего академика В.Н. Челомея. Однако для данного проекта выбор признали неудачным – уже тогда возникла идея использовать вместо фугасно-кумулятивного заряда боевой части заряд ядерный. Пришлось проработать несколько вариантов, и в ноябре 1949 года остановились на проекте перспективного истребителя МиГ-15, только пришлось увеличить стреловидность крыла и уменьшить его площадь.

Впервые в мире под систему управления подбирали ракету, а не наоборот, как это обычно делалось. Проектирование крылатой ракеты было поручено ОКБ-155, руководимому Артемом Ивановичем Микояном. Непосредственно проектом руководил его заместитель Михаил Иосифович Гуревич.

«Комета» – первая большая работа отца, он так вспоминал о тех временах: «Многое нам удавалось, потому что мы не сковывали себя запретами, не видели ограничений, накладываемых опытом. Мы не знали, что “это” делать нельзя. А поддержка у нас была мощная. Правда, “старшие” нас вовремя сдерживали, чтобы мы не зарывались».