Отец, понимая, что мемуары Григорий Васильевич писал под определенным давлением, обиды на него не держал. После ссылки отец встречался с ним, и Кисунько во многом ему помогал.

Но вернемся к диплому. Сама по себе рекомендация по внедрению ничего не значила, но однажды на очередном докладе у Сталина директор Всесоюзного научно-исследовательского института радиолокации академик А.И. Берг упомянул о теме отцовского диплома, которая, по его мнению, была весьма перспективна. Сталин заинтересовался, вызвал отца, расспросил его о возможности реализации этого проекта, еще раз выслушал Акселя Ивановича, после чего было принято решение о начале работ. 8 сентября 1947 года вышло секретное постановление Совета министров СССР № 3140–1026 о создании комплекса, предназначенного для поражения крупных морских целей, состоящего из радиоуправляемого самолета-снаряда и его носителя дальнего бомбардировщика Ту-4.

Берии и Маленкову было поручено организовать конструкторское бюро в ведомстве министра вооружения Д.Ф. Устинова. Первоначально собирались подчинить бюро Министерству авиационной промышленности, но Л.П. посчитал, что те, кто создает систему управления самолета-снаряда, должны управлять и всем проектом, а авиация – «извозчик» этой системы. Поскольку отец не имел еще никакого организаторского опыта, его назначили заместителем главного инженера, а руководить КБ поручили профессору Куксенко. Отец знал его еще до войны, когда под его началом изучал в спецлаборатории радиодело. С этим назначением также не все было гладко. Профессор дважды был под арестом, последний раз в 1937 году. Вышел на свободу, когда Л.П. возглавил НКВД. Считался неблагонадежным, но его кандидатуру удалось отстоять – не без помощи Л.П. Конечно, Л.П. с самого начала ведал всеми организационными делами и выбором руководящего состава столь важного КБ, и назначение отца не состоялось бы без его санкции. Но ведь не на теплое местечко он устраивал своего сына, а на сложный участок работ по созданию новой военной техники, где и ответственность была высока, и спрос очень жестким.

Моя бабушка, Нина Теймуразовна, вспоминая эту историю, сказала: «Конечно, если бы не Лаврентий, Серго, может быть, и не назначили сразу на руководящую должность, но он был блестяще подготовлен и своей работой доказал, что достоин этого места».

По распоряжению Устинова в кратчайшие сроки в здании НИИ-20 на развилке Ленинградского и Волоколамского шоссе (станция метро «Сокол») разместилась новая организация – Специальное бюро № 1, или почтовый ящик 1323, «чертова дюжина с перебором», как назвали в шутку свой п/я молодые сотрудники.