Нужно отметить, что после расформирования полка кирасиры при встречах со своими офицерами в разных углах России и при разнообразной обстановке были настроены дружественно: можно было бы назвать многих кирасир, помогавших своим офицерам в эти тяжелые дни, уже не говоря о денщиках, большинство которых сопровождало офицеров до мест их постоянного жительства. Многие кирасиры при разъезде из полка оставляли офицерам свои адреса, с просьбой вызвать их в случае начала формирования полка (что при новом формировании, к сожалению, сделать не удалось, ибо начало формирования полка совпало с волнениями в Малороссии и падением власти гетмана; посланный для этой цели в ноябре 1918 года из Новороссийска корнет Литвинов уже не смог проехать дальше станции Лозовая). В Петрограде летом 1918 года бывший вахмистр 2-го эскадрона Галанцев и группа унтер-офицеров того же эскадрона образовали артель по скупке серебра; узнав о тяжелом материальном положении бывшего командира 2-го эскадрона полковника барона Таубе, они в весьма красивой форме предложили ему принять участие в своей артели и дали возможность заработать несколько тысяч рублей. В начале 1918 года, при занятии города Ростова большевиками, кирасир Холодненко пригласил к себе на квартиру полковника Данилова и скрывал его в течение наиболее острых дней террора.

8 мая 1918 года, накануне полкового праздника, в Гатчине в полковой церкви в присутствии старшего полковника барона Таубе, группы офицеров и нескольких кирасир была отслужена панихида по погибшим в течение войны офицерам и кирасирам. 9 мая, в день полкового праздника, в общем зале ресторана «Медведь» был устроен обед, на котором присутствовало около 15 офицеров. 10 мая на квартире ротмистра Аршеневского состоялось общее собрание господ офицеров в присутствии бывшего командира полка генерал-лейтенанта Арсеньева[367] и 27 офицеров. На собрании был прочтен акт о последних днях полка. Затем полковник барон Таубе доложил о судьбе имущества Офицерского собрания; после увоза в июне 1917 года наиболее ценного в историческом отношении в Москву и нескольких небольших краж (как то бильярдных шаров и других мелочей), произведенных красноармейскими часовыми, все остальное имущество находилось в сохранности в здании Офицерского собрания. В ноябре 1917 года, ввиду желания местного гатчинского совдепа взять здание Собрания в свое ведение, были командированы в Гатчину полковник Мордвинов и штабс-ротмистр фон Эттинген, которые перевезли имущество Собрания, исхлопотав предварительно на это разрешение в Смольном, ввиду отказа о выдаче его местным совдепом, на снятую для этой цели дачу Кубе. Здание Собрания перешло в ведение совдепа и через месяц уже было в сильно загаженном виде.