Перед бегством из Царского будущий «парижский царь» разослал записки начальникам частей Царскосельского гарнизона: «Я и вверенный мне Гвардейский Экипаж вполне присоединяемся к новому правительству. Уверен, что и вы, и вся вверенная вам часть также присоединиться к нам». И подпись: «Командир Гвардейского Экипажа Свиты Его Величества контр-адмирал Кирилл».

Александра Фёдоровна была потрясена изменой Кирилла. Мужу сообщала, что Гвардейский Экипаж «покинул нас», «в них сидит какой-то микроб». В другом месте ещё более определённо и резко: «Кирилл ошалел, Я думаю: он ходил в Думу с Экипажем и стоит за них». Царица, не зная деталей событий и подробностей поведения людей, чувствовала подлинный смысл происходившего…

Некоторые потом вспоминали, что кузен Царя шел к Думе, нацепив красный бант. Другие же этот факт категорически отрицали. «Был бант» – «не было банта» – по этому поводу страсти не утихли по сию пору. Фокусируясь на мелочах, такая дискуссия умышленно замалчивает главное: родственник Царя изменил воинской присяге, изменил Великокняжеской клятве, предал Царя, предал Царский Род.

Что бы ни говорил потом сам двоюродный брат Монарха, какие бы доводы ни приводил, что бы там ни писали различные оправдатели из числа его клевретов, факт остается фактом: Кирилл Владимирович совершил второе клятвопреступление. Первый раз такое произошло в 1905 году, когда нарушил свое слово данное Царю, второй же раз – в революционном 1917 году. Воистину один раз предавший может предать снова и снова…

Унеся ноги из России, Кирилл и Даки сначала обосновались в Финляндии. Там у них родился сын Владимир. Затем переехали в Германию, затем во Францию, где в 1926 году в провинции Бретань в местечке Сен-Бриак купили трехэтажную виллу, названную по-бретонски «Кер-Аргонид» («Виктория»). Там проживали большую часть времени.

Однако Великокняжеская чета не собиралась вести тихую жизнь отверженных эмигрантов. После смерти Марии Павловны в 1920 году роль «первой скрипки» в концерте Владимировичей (все они спаслись) взяла на себя Виктория Федоровна. Не обладая большим умом, эта внучка Королевы Виктории была в избытке наделена энергией. Она взяла в свои руки не только повседневные заботы семьи. Ее деятельной и чванливой натуре требовалось нечто большее. И она придумала усладу: она сделала Кирилла царем.

К моменту крушения Монархии в России Кириллу было лишь чуть больше сорока лет. После всех перипетий революции он очень быстро начал сдавать: осунулся, обрюзг, потерял величественную осанку. Даже его легендарные зеленые глаза как-то потускнели. Не исключено, что он бы очень быстро угас, если бы рядом с ним не находилась женщина, которая совсем не собиралась становиться рабой обстоятельств.