Большие надежды возлагались на партизан. К концу 1942 г. партизанские отряды Ленобласти были объединены в четыре партизанские бригады. Продолжавшие оставаться в тылу немецких войск партизанские отряды получили возможность перехватывать коммуникации врага, закрывать ему пути доставки подкрепления, отвлекать большие силы немецких войск для борьбы с партизанами.

У карельских и ленинградских партизанских отрядов были неплохие показатели. Так, рейд карело-финской партизанской бригады по тылам врага в течение 5–7 дней показал, что партизаны Карелии сильно беспокоят немецкие и финские части. В боях было уничтожено до 750 солдат и офицеров противника, захвачено большое количество различного вооружения, радиостанций и боеприпасов[888].

Определяя основные направления действий партизан, Л. А. Говоров рассчитывал, что они должны вести их на вражеских коммуникациях, особенно на Псковском желдорузле, препятствовать разведывательной деятельности шпионов и немецких пособников, прежде всего в районе Пскова, где размещался штаб группы армий «Север»[889].

Каждый день, приближающий к новому 1943 г., требовал от командующего группой, а затем и фронтом конкретных шагов по активизации боевых действий, подготовки своих армий к решающим боям по прорыву блокады. Однако Л. А. Говорова беспокоила дисциплина, как военная, так и штабная. В первой половине 1942 г. он отмечал низкую исполнительскую дисциплину командного состава и их подчиненных. Несомненно, здесь сказывалась «окопная болезнь». Сидение в окопах и блиндажах под бомбежками и артобстрелами, скудное питание порождали привыкание к этому фронтовому образу жизни, вырабатывали пассивность к физическому напряжению и приводили к потере боеспособности. У командного состава это вело еще и к нарушению управленческой дисциплины.

Командующий фронтом генерал-лейтенант М. С. Хозин 24 мая 1942 г. телеграммой потребовал от командующего 2-й ударной армией упорядоченного отвода своих войск на новый оборонительный рубеж и указывал: «Ваше поведение непонятно. Уже третий раз вами своевременно не доносится об оставлении населенных пунктов. Вы оставили КП без разрешения и потеряли управление войсками на железнодорожном направлении, где обстановка осложняется. Приказываю принять меры к выводу частей в соответствии с планом. Противника, пробравшегося в район Дубовик, ликвидировать, не допуская перехвата им путей отвода войск армии»[890].

27 мая в директиве были изложены причины тяжких потерь в частях и соединениях Ленфронта. В условиях подавляющего превосходства противника в огневых средствах наступление частей плохо обеспечивалось артогнем. Старшие начальники не сумели организовать и полностью использовать его в бою. Разведка до боя и в процессе боя не проводилась, а если и проводилась, то из рук вон плохо, поэтому войска действовали вслепую, попадали под огонь хорошо укрытых средств противника. Пехота действовала в бою, не имея в своих боевых порядках орудий сопровождения и минометов, пытаясь с винтовками в руках овладеть огневыми точками противника. За преступную беспечность и неорганизованность боя в огневом отношении, по вине начальников войска заплатили дорогую цену тысячами жизней бойцов, и командиров. В директиве требовалось положить конец столь преступному отношению к организации боя, и прежде всего его огневому обеспечению. Ставилась задача по недопущению в дальнейшем боевых действий, не обеспеченных огнем всех видов, обучению войск, штабов и командиров правильному использованию своих огневых средств, непрерывному разведыванию огневой системы врага[891].