Нас обхаживают, дарят подарочки – мячи для гольфа Секретной службы! Пресс-секретарь Клинтона спускается и говорит:
– Стивен, сделайте одолжение, не могли бы вы подняться наверх?
– Я не против, – ответил я, – но нам сегодня выступать.
– Во сколько вам нужно быть там?
– В шесть, до концерта еще три часа.
– Не проблема, мы вас отвезем.
Нас отвели наверх, чтобы мы тусили в комнате ожидания, пока Билл Клинтон не сможет нас встретить. И как думаете, где мы были? В конференц-зале – я сижу в президентском кресле и смотрю на все эти мониторы. Мы встретились с Биллом (если коротко – в тот день он был немного занят, вам не кажется?). Затем нас тихо вывели из Белого дома. Проводили с полицейским эскортом в Куантико, штаб-квартиру ФБР, а там мы прогулялись с автоматами. Мне разрешили пострелять в манекены на тренировочном полигоне, который похож на городской квартал. Пока ты ходишь, на тебя выскакивают аниматронные фигуры. Высовывается голова террориста, и ты по ней стреляешь, а потом вылезает аниматронная маленькая девочка с куклой – ой!
* * *
I Don’t Want to Miss a Thing номинировали на «Оскар» как лучший саундтрек – это была главная песня в «Армагеддоне» – и это было очень классно, потому что в фильме снималась Лив. Меня попросили спеть ее на церемонии. Я выглянул за занавес, и в первом ряду сидели Эрик Клэптон, Стинг, Мадонна и все эти звезды моей эпохи. Прямо перед тем, как поднялся занавес, мой клавишник выбил шнур, и теперь я не мог слышать музыку в наушниках. Когда начиналось представление, я должен был стоять впереди с виолончелистом в начале песни. Кто-то крикнул:
– Шестьдесят секунд!
– Но подождите, – сказал я, – я ничего не слышу! Мой микрофон включен?
Я пошел к продюсеру и сказал ему:
– Не позволяй им поднимать ебаный занавес, я ничего не слышу. Не поднимайте…
И он поднимается. Песня началась, и я стою в десятке метров от виолончелиста. Ну не