– Как же он может рисовать без одного глаза? – удивляюсь я.
– Вполне нормально. А Робик работает на выездах. Он очень сильный. Когда дело касается того, чтобы поднять огромную вывеску или что-то тяжелое, Робик незаменим. Фима с ним ездит на подвеску, контролирует, чтобы все было правильно.
Робик и Фима почтительно кланяются, увидев, что мы вошли.
– Здравствуйте ребята, – приветствует их Гарик.
Начинается рабочий день. Мне выделяется письменный стол, предназначавшийся ранее для секретарши. Гарик начинает обзванивать всех клиентов. С каждым клиентом ему приходится говорить по три часа. А заказывают они все мелочевку какую-то. Плакатик нарисовать. Кафе «Биллиз» объявляет вечеринку для голубых. Или картонную надпись сделать для ланчеонета:[92] «Ланч с двух до четырех – полцены».
Покуда Гарик разговаривает по телефону, до посинения убеждая какого-то владельца прачечной заказать вывеску на дверь, гласящую: «прачечная», я оглядываюсь вокруг и засучиваю рукава.
В таком свинарнике мне не высидеть здесь до вечера. На письменном столе толстый слой пыли. Все валяется: ручки, карандаши, резинки, скрепки, груды бумаг, нарезанные материалы для изготовления вывесок… Уф!
– Это твоя секретарша работала здесь? – возмущаюсь я. – Интересно, за что она получала зарплату, если на ее рабочем месте царит такой уму непостижимый беспорядок! Если даже сильно постараться, трудно так все перемешать. Как она выдерживала, сидеть за таким столом целые дни!
Первым делом надо разложить все – карандаши и ручки в один высокий стаканчик. Сходила в кафе на углу, купила бумажных стаканчиков. Ручки и карандаши – в один стаканчик. Все скрепки – в другой. Резинки – в третий. Пошла в туалет намочить тряпку, чтобы вытереть повсюду пыль и чуть не упала в обморок от запаха. Похоже, ни туалет, ни раковину ни разу со времен сотворения земли еще никто не мыл. Вонь несусветная. Пришлось помыть. Я не могу вытерпеть такую грязь. Сходила в другой магазин по соседству, купила моющих средств, тряпок, метелку, совок.
– Как это у вас в мастерской нет даже метлы? – удивляюсь я. – Все время что-то режете, стругаете, все эти лоскуты и остатки валяются, накапливаются, вы скоро в них утонете.
– Нерационально тратить время на уборку. Пусть валяется. Когда груда накопится, они руками все в мусорные баки распихают.
– Это ты ошибаешься. Тебе кажется, что ты экономишь рабочее время, не убирая ничего и запуская так все, а на самом деле ты гораздо больше теряешь.
– Как же, так? – улыбается Гарик, ему смешно, что я его учу.
– Ты, к примеру, экономишь на уборке десять минут из рабочего часа, а эффективность рабочего часа может сократиться из-за этого беспорядка вдвое. Это я так утрирую для того, чтобы ты понял. Почему заведено по утрам мыться в душе, чистить зубы, завтракать? На все эти процедуры ты теряешь, как минимум, целый час. Почему бы не увеличить рабочий день на этот час? Глупо. Человек, который не умылся с утра, чувствует себя вялым и несвежим. За девять часов он будет успевать меньше, чем за восемь, но при условии, что он мылся с утра и завтракал. Это необходимо для качественной производительности труда. Беспорядок на столе – это стопроцентный беспорядок в голове. Поверь, я это по себе знаю. Условия, в которых ты работаешь, очень сильно влияют на производительность труда.