Нет, я не призываю обязательно отдавать основному сопернику части от собственного боба, как это сделал Монти в далеком 1964-м. И все же… Сегодня, во времена спортивной коммерциализации, гонки подлых и разрушительных допинговых технологий, тотальной эгоистичности чемпионов, о Монти вспоминают все чаще. Может, и потому, что он — та самая золотая песчинка или песчиночка, которая заставляет верить, что еще не все в большом спорте потеряно, а герои типа Эудженио все-таки вернутся?

Читал книгу о Монти. Но и из нее не совсем понял, что он за человек. И хотелось мне узнать: случайно ли стал он первым рыцарем? И почему именно Монти? Безумный порыв, или было в нем нечто иное, от других отличающее? Остался ли тот поступок единственным в спортивной карьере, и как продолжалась жизнь Эудженио дальше? Ведь единицам типа Монти сегодня, да и позавчера, нелегко существовать в переламывающей всё и вся человеческой гуще.

Я ожидал и дождался собственного выдоха «уф!». Конечно, не случайно. И не зря просидел я четыре дня в горном итальянском селении Кортона. Там в июле 2009 года на запруженной Плаза Синьорелли неподалеку от собора Святой Маргариты в Кортоне толпа стоя искренне отбивала ладони. Это награждали посмертно чуть ли не причисленного к лику святых Эудженио Монти Международной премией «Меценат» за его дела, оставленные в пример нам, в иной эпохе живущим.

Уже в 1950-е Монти — безоговорочно сильнейший, официально провозглашенный лучшим пилот мирового бобслея. Но это звание никак не удавалось подтвердить олимпийским золотом. В 1956 году в родном ему Кортина-д’Ампеццо взял две серебряные медали — в двойке и четверке. Через четыре года американцы, всегда работающие только на себя, плюнули на все обязательства и впервые за всю историю Зимних игр просто взяли и не построили бобслейную трассу на Играх в Скво-Вэлли.

Но в 1964-м, в Инсбруке, удача наконец-то была на стороне Монти. Его двойка лидировала, и ничто не могло помешать победе. Даже возраст подсказывал: пора выигрывать, уже 36 — сейчас или никогда. К тому же у главных конкурентов англичан сломался боб. Что ж, бывает.

Бывает и не бывает. Монти, признававший двойку английского пилота Тони Нэша и Робина Диксона главными конкурентами, снял со своего боба необходимую деталь и отдал соперникам. Британцы поблагодарили и выиграли. Действительно, собственными руками отдал победу соперникам. А дальше? Что было с ним дальше?

В Кортоне, в странной гостинице, перестроенной из старинного собора XVII века, жили в соседних со мной номерах-кельях хорошо знавшие Монти соратники. Врать в стенах пусть и бывшего, но храма его товарищам — олимпийским чемпионам Лучано де Паолису и Марио Армано было никак нельзя.