Зато все и единодушно, что в нашу эпоху разноголосицы просто немыслимо, отдают дань его поразительной стойкости, проявленной в тюремном заключении в США. Ломать людей, выколачивать и выбивать признания американцы умеют. Но и близко не получилось. Человек, назвавшийся при аресте полковником Абелем, не выдал им никого и ничего.

Я полностью на стороне тех, кто считает Абеля великим и многогранным. Всеми доступными мне средствами, методами и документами стараюсь разубедить скептически к полковнику относящихся. Долгие годы Абель нелегально работал в США. Возглавлял сеть советских атомных разведчиков и их агентов, которых принято называть друзьями. Это было первой и главнейшей задачей.

Остановлюсь на задаче второй. Гораздо меньше известно о его связях с нашими нелегалами, осевшими в Латинской Америке. В большинстве своем боевые офицеры-фронтовики, они были готовы на всё — и на ведение незаметных наблюдений за перемещениями американских сил, и, в случае возникновения такой необходимости, на диверсии. Это они вербовали преданных людей, и те уже знали, как и по какому сигналу пронести взрывчатку на корабли ВМС США, доставлявшие военные грузы на Дальний Восток. Необходимости, к счастью, не возникло.

Нелегалы Гринченко, Филоненко, годами работавшие с женами в Латинской Америке, иногда выбирались в Соединенные Штаты, встречались с Фишером, и совсем не в Нью-Йорке. Им поручалось параллельно с ним работать в Латинской Америке. Видимо, были созданы две нелегальные сети, трудившиеся в тесной связке. Это подтверждается и тем, что после ареста полковника все контакты с Филоненко и их агентурой, имевших выход на США, были заморожены. Связь с Центром шла уже не через тайники и связных, а только по радио. Анне Филоненко пришлось вспомнить свою первую специальность — радистки, а связь поддерживалась при помощи специального корабля, входившего, чтобы не вызывать лишних подозрений, в состав советской китобойной флотилии «Слава», промышлявшей ловом в Антарктике.

Есть твердое предположение, что полковник успел поработать еще с одним полковником-нелегалом советской внешней разведки — Африкой де Лас Эрас, известной также под псевдонимами Родина и Патрия. По национальности Патрия — испанка, по убеждениям — коммунистка, по профессии — разведчица высочайшего класса. Она прочно осела сначала в Западной Европе, потом в Латинской Америке, где установила связи с руководителями некоторых стран — пусть территориально небольших, зато стратегически для нас важных. И у нее не обошлось без связи с резидентом в Нью-Йорке Марком, он же Фишер.