Второго высвободившегося ангела сшибла Умис, но уже не так легко. Слуга Спасителя успел обернуться ей навстречу, Древняя нырнула, уходя от монстра-меча, перекувырнулась на месте; не ожидавшего этого ангела пронесло вперёд, и Умис ударила молнией. Вышло тоже красиво — чёрный вихрь поражает белокрылого воина ветвящейся белой вспышкой небесного огня.

Освободились сразу три ангела, потом семь, потом десять… Крылатые Древние взмыли выше, уводя с собой слуг Спасителя; матушка Сова неуловимым движением отправила крутой спиралью к земле самого ретивого из преследователей.

Остальные рвались на волю целым сонмом, но именно к этому и готовились Новые Боги, подмастерья и остальные.

Огнебросы расцветили небо над остатками купола яростными шарами рыжего пламени; стрелы эльфов чертили стремительные дымные следы. Спаситель больше не вбирал в себя магию — пропала нужда.

Зелёный купол исчез, золотистое сияние, радостное, победное, разливалось окрест. И Спаситель, тот самый человеческий Спаситель, в грубых сандалиях и видавшей виды накидке, неспешно шёл прямо к Хедину.

Да, тот самый, что благословил когда-то их с Ракотом, когда они хоронили тело Мерлина в далёком мире Мельина.

Сейчас Он шёл к Хедину, улыбаясь лёгкой, слегка печальной, понимающей улыбкой. Ему было грустно, Он словно заранее понимал, чем всё кончится, и сожалел об этом, но — свободная воля священна — не мог ничего изменить.

На сей раз Он не убегал и не пытался скрыться, как тогда, когда Хедин отбивал у Его ангелов другой мир.

Ангелам меж тем пришлось отступить — их сжигали огненные шары гномов, пробивали стрелы эльфов, улитка Тхенчана вдруг затрясла раковиной, самоцветы на ней вспыхнули, и ближайший ангел, ткнувший было остриём длиннющего меча, вдруг тонко, высоко закричал, меч словно прирос к панцирю Древней, а затем стал, дрожа, распадаться, словно горка песка на потряхиваемом подносе.

Вслед за клинком распался облаком сияющей пыли и сам ангел.

Но Спасителя всё это совершенно не занимало. Потери его слуг, похоже, ничего не значили — Он в любой миг сотворит новых. Из чего — неважно, главное, что этого материала у Него, очевидно, хватает.

На Ракота и Сигрлинн Он даже не смотрел.

Как можно победить такую сущность? Сущность, которая, если пожелает, способна вобрать в себя всю магию вокруг?

Два десятка шагов.

Меч, дар совсем других, истинных Ангелов, поднялся в позицию.

Сколь бы ни был Он силён, сколько бы веры и надежды не дарили ему простые смертные (тем самым вливая в Него почти необоримые силы), Он — всё равно часть созданного Творцом. Всё в Упорядоченном имеет в основе своей Пламя Неуничтожимое, то, с чего всё началось. Его и впрямь невозможно уничтожить, невозможно погасить. Оно может изменить форму, но оно есть всегда.