«Преследование» и «Помни», подобно классическим нуар-фильмам «Двойная страховка» (1944), «Объезд» (1945) или «Мертв по прибытии» (1950), начинаются с признания в совершении преступления или непосредственно с преступления, а затем нам показывают, какие события к нему привели. Круговое движение сюжета в целом характерно для детективного и криминального жанров. Когда Эдгар Аллан По познакомился с Чарльзом Диккенсом в надежде обзавестись британским издателем, по ходу беседы они припомнили роман Уильяма Годвина «Приключения Калеба Уильямса» (1794). «Вы знали, что Годвин писал его задом наперед и сначала закончил последний том?» – рассказал Диккенс коллеге. В романах Чандлера преступником часто оказывается либо сам наниматель, либо пропавший человек, который на самом деле вовсе не пропал. В финале герой может номинально раскрыть порученное ему дело, но разгадка оказывается лишь частью более масштабного заговора, который мы так до конца не видим и не понимаем. Окончательная победа невозможна. Большой город обводит маленького человека вокруг пальца, а богачи продолжают жировать. Правда исчезает, ложь становится легендой. В финале «Глубокого сна» детектив Марлоу говорит: «Теперь я сам стал частью этой гнили».

Многие фильмы Нолана следуют кольцевой структуре: «Бессонница», «Престиж», «Бэтмен: Начало» и «Интерстеллар» в конце возвращаются к ранее заявленным образам, ситуациям, персонажам или репликам. Впрочем, это кольцо – на самом деле не кольцо, а скорее спираль или штопор. Конец сюжета формально совпадает с его начальной точкой, однако находится выше или ниже нее по спирали; а значит, зритель может оглянуться на пройденный им путь – или на путь, что ждет впереди, на следующем витке. Даже сейчас по запросу «концовка “Помни”» в интернете можно найти 4 530 000 результатов, в том числе статьи с заголовками в духе «В чем истинный смысл концовки “Помни”?» (whatculture.com), «“Помни”: Сюжет простыми словами, объяснение концовки» (thisisbarry.com) или «“Помни”: Да что там вообще происходит в конце?» (schmoop.com). Финалу «Начала» посвящены 23 900 000 результатов. В некотором смысле по фильмам Нолана можно путешествовать бесконечно.

«Почему зритель не знает, упал волчок или продолжает крутиться? – рассуждает режиссер. – Это просто невозможно узнать, потому что картинка обрывается. А почему она обрывается? Потому что автор выключил проектор. В “Начале” намеренно двусмысленный финал. Я не сразу принял его с точки зрения своей режиссерской философии. Мне хотелось, чтобы концовка была именно такой, но я знал, что это противоречит моей киноэтике. Ведь самому герою ответ уже не интересен, Кобб ушел к своим детям. Возможно, был какой-то иной способ решить эту сцену; лишить зрителя информации, не нарушая границ фильма. Со стороны режиссера такой прием – нахальство, но публика была в восторге. Все смотрели на волчок и думали: “Неужели сейчас мне скажут, что герой по-прежнему спит?” И вдруг – темнота. Почему? Потому что автор выключил проектор. В концовке “Начала” я навязал вам двусмысленность. В этом плане у “Помни”, пожалуй, более удачный финал… Мне кажется, один из важных факторов коммерческого успеха моих фильмов состоит в том, что зрители неизменно воспринимают их неопределенность как нечто приятное. А такое случается очень редко. Например, “В прошлом году в Мариенбаде” – хотя мне лично этот фильм не показался особо двусмысленным, когда я его смотрел. Или “Вспомнить все” – там неоднозначный финал, но он не настолько привлекает к себе внимание зрителей».