«Идея была неплохая», – говорит Нолан и наливает себе чаю.

«Я нашел получше».

Режиссер отводит свободную руку в сторону, как бы приглашая меня поделиться мыслями.

«Я попрошу собеседника положить руку на сердце».

Он задумывается.

Ага, наконец-то. То самое молчание, о котором мне рассказал Джона.

«Простое решение, мне нравится, – наконец говорит Нолан. – Строго говоря, сердце находится в середине тела, но чувствуем мы его слева».

«Значит, надо спросить человека, где у него сердце, и он укажет налево», – тараторю я.

«Нет-нет, ответ отличный. Асимметричность человека – очень интересная штука, потому что (я раньше об этом как-то не думал) люди крайне редко рождаются с органами на другой стороне тела. Наша внешность симметричная, а наши внутренности – нет. Одна из причин, почему я уже много лет бьюсь над этой задачкой, заключается в том, что я левша. И я никак не могу понять, почему большинство людей зачесывают волосы налево, даже если они правши. Подумайте, это ведь странно. Вот у меня прямые тонкие волосы, и их не так-то просто зачесать. У вас волосы растрепанные… Ну ладно, не растрепанные, но растут, куда хотят. Расчесываясь, я совершаю выбор. И всегда выбираю зачесывать волосы налево. Своим решением вы обращаете внимание на то, что хотя мы внешне более-менее симметричны, многие наши органы уникальны, например сердце и печень. Сердце – просто отличный ответ, потому что в нем есть эмоциональный заряд; так задачка звучит намного интереснее. И вы не мухлюете. Я уже долго ищу такие ответы, и найти их совсем не просто».

Тринадцать Финалы

Тринадцать

Финалы

Когда Нолан садится за сценарий, он любит заранее знать, чем все закончится. Пишет он по порядку, от начала к концу, и все же с финалом Нолан хочет определиться прежде, чем он к нему подберется. Кульминацию «Начала» – четыре сна сходятся воедино – режиссер придумал за десять лет до того, как сложился остальной сюжет. Последний кадр «Темного рыцаря» – полиция гонится за Бэтменом – Нолан представил, не написав ни строчки сценария. «Я несколько раз использовал похожий финал, – объясняет он. – Например, в “Дюнкерке”. Или в “Преследовании”. Концовка “Темного рыцаря” сложилась из мотивов “Шейна”, “Из прошлого” и “Я – легенда”. Там, в оригинальной повести “Я – легенда”, совершенно великий финал. И, на мой взгляд, ни одной из экранизаций не удалось до него дотянуться. В общем, герой – одинокий охотник на вампиров. И в конце он глядит из окна на толпу упырей, которых ужасно боится. Но тут он понимает, что это они боятся его. Ведь каждую ночь он кромсает их на куски. И все заканчивается словами: “Я – легенда”. Мне кажется, ни один фильм не сложится без убедительного финала. Бывает, но крайне редко. И наоборот, часто можно увидеть плохое или посредственное кино, которое отлично работает благодаря мощной концовке. Если взглянуть на мои первые фильмы, “Преследование” и “Помни”, то там финал вписан в саму ткань повествования. Для меня это не столько привычка, сколько механизм выживания».