Мои же печали о другом: перевод всего населения на такую «пенсионную» жизнь неизбежно исказит природу денег и помешает им выполнять некоторые важные функции, по крайней мере в привычном для нас виде. Например, пусть и несовершенного, но единственного измерителя качества и количества труда. Кроме того, глядя на некоторых соседей по планете, не могу избавиться от ощущения, что они ненавидят свою работу. Причем во многих случаях их можно понять: нудный, монотонный, не приносящий никакого удовлетворения труд. В других же — крупным планом видна нормальная, обычная человеческая лень. Подозреваю, что единственное, что вынуждает таких людей работать, — это кнут нищеты и пряник материального достатка. Что произойдет с ними, если эти два стимула исчезнут?
Великий Кейнс, правда, категорически утверждал, что работа — внутренняя потребность человека и ему будет трудно отказаться от труда, даже если в нем не будет необходимости. «На протяжении долгих веков старый Адам будет все еще жить в нас, так что каждому, чтобы быть довольным жизнью, потребуется немного поработать… может быть, 15 часов в неделю», — писал он в работе «Экономические возможности для наших внуков». А вот еще одна цитата из классика. Он вспоминал эпитафию, в которой ломавшая всю жизнь спину поденщица счастлива покинуть этот изнуривший ее мир и «уйти туда, где нет ни готовки, ни стирки, ни шитья, ни мытья посуды». Ей так сладко представить себе, что после смерти можно будет наконец ничего не делать. Don’t mourn for me, friends, don’t weep for me ever, for I’m going to do nothing for ever and ever! («Не плачьте обо мне, друзья! Вовеки бездельничать буду я».) Даже петь ей в раю не придется, а только слушать. With psalms and sweet music the heavens’ll be ringing, but I shall have nothing to do with the singing! («Пусть сладкоголосое пение льется, вполне без меня райский хор обойдется!»)
Мои сожаления, впрочем, носят сугубо теоретический, абстрактный характер. Универсальный базовый доход, может быть, и зло, но зло меньшее, чем альтернативы. И главное — неизбежное.
Но вот еще вопрос: а точно ли хватит на это ресурсов? И вечным ли будет экономический рост?
Когда мы съедим свой кокон
Когда мы съедим свой кокон
Самая удобная система взглядов состоит в том, что Земля — это своего рода ядро ореха или кокон для личинки — человечества. И пока мы не вылупимся, пока не встанем на наши собственные ноги, можно спокойно все это переваривать — и нефть, и газ, и лес, и руду — и высасывать земные соки. Но в последнее время возникли сомнения — не кончатся ли полезные вещества в коконе, причем раньше, чем личинка может надеяться расправить крылья и отправиться искать корм где-нибудь за его пределами.