Как выяснилось, конкурентоспособности ей не хватило. Машина, отданная в распоряжение Аскари, отчаянно хрипела в попытке угнаться за парящими «Alfa», а самому пилоту пришлось напрячь все свои внушительные таланты гонщика, чтобы финишировать на пятом месте. Но мотор Лампреди был лишь началом. В конце июля команда появилась в Женеве для участия в Гран-при Наций. На него она привезла «Tipo 340» с двигателем в 4,1 литра, который мог похвастать мощностью в 310 лошадиных сил и громадным запасом крутящего момента («Alfa», как утверждалось, развивали в 1950-м порядка 350 лошадиных сил).
ВИЛЛОРЕЗИ ЕДВА НЕ СЕЛ НА ЧЕРНОГО КОТЕНКА В КАФЕ ПЕРЕД ГОНКОЙ, ЧТО ВСТРЕВОЖИЛО ЧРЕЗВЫЧАЙНО СУЕВЕРНОГО АСКАРИ (И, КАК ВЫЯСНИЛОСЬ, НЕСПРОСТА).
ВИЛЛОРЕЗИ ЕДВА НЕ СЕЛ НА ЧЕРНОГО КОТЕНКА В КАФЕ ПЕРЕД ГОНКОЙ, ЧТО ВСТРЕВОЖИЛО ЧРЕЗВЫЧАЙНО СУЕВЕРНОГО АСКАРИ (И, КАК ВЫЯСНИЛОСЬ, НЕСПРОСТА).
ВИЛЛОРЕЗИ ЕДВА НЕ СЕЛ НА ЧЕРНОГО КОТЕНКА В КАФЕ ПЕРЕД ГОНКОЙ, ЧТО ВСТРЕВОЖИЛО ЧРЕЗВЫЧАЙНО СУЕВЕРНОГО АСКАРИ (И, КАК ВЫЯСНИЛОСЬ, НЕСПРОСТА).Аскари блестяще пилотировал свою машину, удерживая второе место вслед за Фанхио, пока не сжег поршень и не сошел. Джиджи, управлявшего более старой 3,3-литровой машиной, занесло на луже масла за семь кругов до конца гонки, и в результате он врезался в толпу зрителей, убив трех человек и нанеся травмы еще двадцати другим, в том числе и самому себе. 41-летний ветеран сломал ключицу и бедренную кость, а также получил серьезные травмы головы, выбившие его из строя на многие месяцы.
Последняя схватка между Alfa и командой из Маранелло состоялась в сентябре на Гран-при Италии, для которого Феррари подготовил пару полноразмерных 4,5-литровых машин под Аскари и многолетнего тест-пилота завода Дорино Серафини, подменявшего Виллорези. Alfa Romeo ответила на это, безупречно подготовив троицу «158-х» для Фарины и Фанхио — сцепившихся в схватке за первый в истории титул чемпиона мира — плюс Луиджи Фаджоли и Пьеро Таруффи. На сей раз Аскари был готов. В квалификации он был лишь на десятую долю секунды медленнее Фанхио и тем самым положил начало соперничеству, которое выделит двух гонщиков в отдельную категорию пилотов Гран-при на следующие пять сезонов.
Когда машины выкатились на широченную, как бульвар, главную прямую Монцы, а громадная толпа зрителей принялась распевать имена своих фаворитов, Лампреди обуяло такое волнение, что он, находясь в присутствии Феррари, Коломбо, Бацци и менеджера команды Нелло Уголини, упал в обморок! Но у него были все основания ощущать такое давление. Здесь, на вытаращенных глазах итальянских спортивных журналистов, перед толпой безумно восторженных