Укрепидзе заверял, что тщательно отрабатывает связи Жукова, но ни единой нити, ведущей к его лежбищу, покуда не обнаружил. Кроме того, дополнительно выторговал у меня пару тысяч на непредвиденные оперативные расходы. От моей помощи он категорически отказался, что поселило во мне смутные подозрения: а не решил ли сметливый оперок повести какую-нибудь витиеватую игру? Его собратьев я знал превосходно, их цинизм и двуличие являлись частью профессии, а потому ухо предстояло держать востро. Мир, увы, пронизан подлостью и интригами, в чем я лишний раз убедился после звонка Уитни, сообщившего обескуражившую меня весть о предавшем его Ричарде. Уитни готовил здесь, в Москве, какую-то заковыристую аферу, в которой мне предстояло, думаю, принять участие. По крайней мере он связал меня с одним здешним своим помощником – пожилым респектабельным делягой, кто готовил некий значительный контракт. На подписание контракта должен был явиться Ричард, а также некие личности, заинтересованные в кончине Роланда Эверхарта. То есть меня ждали, судя по всему, увлекательные приключения. Однако до их начала следовало разобраться с канувшим в неизвестность Жуковым.

К его матери Укрепидзе решил наведаться под личиной водопроводчика или же телефониста. Произвести ремонт, денег не брать, попутно починить какую-нибудь разболтавшуюся розетку и ненастойчиво разговорить старушку, вызвав ее на откровенность. День и время визита он обозначил, сказав, что немедленно отзвонит о результате, однако я посчитал не лишним проверить его радивость.

Памятуя успешно освоенные в разведшколе дисциплины, оставил машину за два квартала от нужного дома и посвятил около часа неспешной прогулке по окрестностям. Район был старый, тусклый, выстроенный в середине прошлого века, с множеством сквериков, закоулков, разросшихся деревьев и густого кустарника.

Две машины, стоявшие среди множества иных легковушек на территории оперативного интереса, показались мне подозрительными. В одной из них, сиром жигуленке, сидели двое мужиков, а чуть поодаль, прижавшись к «ракушкам», виднелась серая «Волга», также с двумя ожидавшими кого-то дядьками. Слой дорожной пыли на капоте и оперении «Волги» никак не вязался с новеньким, будто из-под пресса, номерным знаком. У водительской двери лежало пять окурков – верный признак поджидающих добычу хищников с погонами.

Я вернулся к своей машине и поехал обратно, встав на примеченное место за трансформаторной будкой, откуда просматривался подход к подъезду и обе загадочные машины.

Укрепидзе не обманул ожиданий, прибыв к оговоренному сроку. К нему незамедлительно направились парни из «жигулей». Судя по выражению лиц, с неким установочным докладом. Когда же опер напялил на себя спецовку телефонного мастера, я понял, что ребята готовили почву для его визита, – то ли повредили провод, то ли контакт в распределительной коробке. Едва он скрылся в подъезде, они, не мешкая, уехали. Таким образом, секрет присутствия «жигулей» раскрылся.