— Я — Нергал, владыка Конца, в котором Начало… Я отправляю смертные души в подземные воды Энки, чтобы из них произошли новые рождения… Я вершу приговоры Неба, я срезаю стебельки Жизни как траву… Я — косец Судьбы.
Завершив тираду, Докучаев опрокинулся на подушку, а мой напарник по дежурству, наконец, смог поднять упавшую челюсть и полюбопытствовать:
— Что у него с концом-то случилось, у этого балбеса? Неужели от Царь-Жопы чем-то заразился?
— Да он вообще-то больше про наш конец рассуждал, — отреагировал я.
Между прочим, у нас обоих по завершении выступления Докучаева-Нергала случились потеря сил и насморк. А после глубокого продолжительного сна подопытный потребовал от нас куда более твердым голосом… Уголовный и Уголовно-Процессуальный кодексы всех изданий, документы ЧК, включая знаменитые приказы о проведении красного террора, циркуляры НКВД и КГБ. Ему принесли все, что было на доступе у генерала Сайко.
Тем временем воспрял пациент Гольденберг и объявил, гордо сев на кровати и спустив вниз босые синеватые ноги.
— Я — Набу, Владыка Знания. Меня призвал Энлиль, когда надо было дать имена вещам, я вместе с мудрым отцом Энки и матерью Нинмах лепил души людей, я помогал Утнапишти переплыть воды потопа вместе с семенами всякой жизни…
Фиме, претендовавшему теперь на роль Василисы Премудрой, понадобились вузовские учебники механики и математики, монографии по физике твердого тела и оптике, трактаты Лейбница и Ньютона, статьи Эйнштейна и Нильса Бора, труды Британского Королевского Научного Общества и Американской Ассоциации Инженеров-механиков, подборка журналов «Сайенс» за последние пять лет. И много-много конфет.
Следующей оживилась Царь-Жопа и объявила себя Иштар, Владычицей Любви, соединяющей Жар и Холод, Влагу и Сушь, Правое и Левое, Пустое и Полное, Верх и Низ, а также всякую разнополую тварь.
Кстати, когда она это втолковывала, дозиметры регистрировали увеличение радиационного фона до шестидесяти миллирентген в час. Наш «придворный» физик, профессор Торчковский, попенял на увеличение солнечной активности и выбросы радона через какую-то трещину в земной коре. Я же подумал о Силе Любви, что бушевала теперь в Царь-Жопе и протащила через экранное поле поток частиц и античастиц, не нарушивший закон сохранения энергии. Кстати, наша Прекрасная Дама тоже потребовала литературу, прекрасную словесность в виде Мопассана, Камасутры, сексуальных писаний даосов и тантриков.
Нельзя не отметить, что права на Бореевскую секретаршу в тот вечер предъявило два конкурента. Мое право оказалось более существенным лишь потому, что я успел влезть через Дашкино окно и быстро задраить дверь.