Второй кивнул.

— Костя! Иди сюда. Мы тут пьем.

Гейб улыбнулся и, когда Костя подошел, потер третий талисман в кармане. Бармен налил четыре рюмки «Гольдвассера», и Гейб быстро взял свою, тихо шепнув себе под нос.

Всего одно слово. На амхарском, наверное. Определенно древнее. Скорее всего, с произношением он подкачал. Но Джордан тренировала его очень долго, и он знал, как слово должно ощущаться, когда он выпевает его. Будто золотая волна, которая прочищает нос и омывает его глаза, пусть и на долю секунды.

Энергия пронеслась сквозь него, усиленная элементалем, наполовину поселившимся в его черепной коробке, и не столь далекими силовыми линиями, пролегавшими под Прагой. Пройдя через талисманы, заряд его заклинания рассыпался над рюмками «Гольдвассера» и осел в ликере частичками золота.

Гейб поднял рюмку перед тостом:

— За здоровье, товарищи.

— За здоровье, — эхом отозвались сопровождающие и выпили. Все перевернули свои рюмки и поставили их вверх дном на стойку. В этой неразберихе трудно было заметить, что Гейб к напитку не прикасался.

Русские уже требовали водки. Гейб воспользовался возможностью отойти от бара и позволить заклинанию работать. Получилось даже слишком просто. За несколько минут провернуть то, на что ушло бы несколько часов и заказов спиртного? Может, во всем этом шпионаже с помощью магии действительно что-то было.

Гейб опять потянулся в карман и потер талисманы. На удачу, видимо. Или в молчаливой благодарности за то, что Таня Морозова держалась в стороне.

И тут чья-то рука сомкнулась на его запястье.

— Ну и ну, приятель, — произнес Алистер Уинтроп, вскинув бровь. — Уверен, такое не входит в стандартный набор вашего агентства.

— Сейчас не время, Ал...

— Но это для дела? — спросил Алистер. — Или исключительно ради забавы?

***

Надины ботинки скользили по гладким и блестящим булыжникам Староместской площади, отполированным столетиями. Что-то было не так. Она чувствовала это по завихрениям и сплетениям магии, поднимавшимся от силовых линий под ногами. Что-то радикально изменилось. То, что улавливал ее воспринимающий талисман, забирало слишком много энергии силовой линии. Это не было простым заклинанием.

Ритуальная магия. Магия элементалей. Глубокая, мощная, и... если ее творил не Лед, вполне вероятно, темная.

Натренированная боксерша, она быстро обгоняла пешеходов, которые наслаждались драгоценными часами солнечного света, вырванными у зимы. Периодически вставала на цыпочки, чтобы оглядеть прохожих поверх голов, заглядывала в переулки, чтобы оценить обстановку. Что, черт возьми, на этот раз замышляло Пламя?