Не исследуй неверный путь, — вновь пронзил мозг голос провидца. — Верный путь ведет вниз!
Вниз!.. Почему я не вспомнила этого раньше?..
Куда же вниз?.. В кухню?..
Я вспомнила жуть, творящуюся в кухне. Неужели туда?!
Но другого пути, ведущего вниз, я не знала.
Дверь с треском распахнулась — видимо, змея пришла в себя. По руке ударил тяжелый хвост и с силой выбил из нее фонарь. Он стремительной молнией пролетел мимо и исчез в темноте.
— Вот ты где!.. — раздался рядом возглас облегчения, и меня схватила все та же знакомая по ощущению рука.
— В кухню! — вскрикнула я и рванулась вниз по темной лестнице.
Я потащила сопротивляющегося человека за собой, но упирающаяся рука вырвала меня обратно.
— Нет! Под стойку! — пролетел шепот, и мы сломя голову устремились куда-то вперед.
Внезапно ноги мои сковало живое холодное кольцо.
От ужаса я чуть было не заорала во все горло, но тут же вспомнила укус цветка и то, что случилось после моего непроизвольного визга.
— Змея! — еле слышно вымолвила я.
Ведь где-то здесь бродят еще несколько этих жутких тварей!.. И, кажется, они пока нас не чуют.
Напряжение держащей меня руки чуть ослабло, легкое дыхание переместилось вниз, и вдруг тугое кольцо само собой разжалось, и под потолком прокатился такой же бешеный крик, который издала, падая, волчица с оскаленной пастью.
— Скорее!.. — шепнул спаситель.
«Это, наверно, Вовка был змеем…», — почему-то подумала я, спеша за тем, кто широкими шагами тащил меня к выходу — тому, что ведет вниз.
Но пол под ногами вдруг зашатался, как при надвигающемся землетрясении; стены задвигались, и ступени одной из лестниц начали крошиться и падать под ноги, перекрывая ход. А что за лестница с треском лопается — входная или та, обманная, со светелкой и зеркалом?.. Все перемешалось, и в глазах заплясала жгучая темнота.
— Сюда… — неуверенно зашептал мой попутчик, тяня вправо.
Но кому, как не мне, было знать расположение всех каморок бара наизусть? Кто, как не я, каждую ночь по нескольку раз обходил его весь целиком, запомнив все уголки и повороты?..