Дом совершенно не изменился со времени истории с гаражом. Чтобы войти, Шварцман воспользовалась своим ключом и широко распахнула входную дверь, как бы заявляя, что ей нечего бояться и никакого Спенсера здесь нет.

Стараясь не смотреть на то место, где была убита Ава, она вошла в спальню. Заметив на полу очерченный маркером овал, бросилась в стенной шкаф и закрыла за собой дверь. Она не станет смотреть на место преступления, не сейчас.

Вместо этого Анна принялась быстро рыться в ящиках шкафа в поисках чего-нибудь неприметного. Десять минут спустя она вышла из дома Авы в солнечных очках и с шарфом на голове, чтобы скрыть волосы. На ней были легкая куртка и брюки цвета хаки. Вещи ее тети.

И вновь Анна никого не увидела. Чтобы убедиться, что за ней не следят, прошла несколько кварталов, достав на ходу телефон, чтобы позвонить Хэлу. С того момента, как она улизнула из больничной палаты, прошло более двух суток. До того, как она решила, что должна прилететь сюда. До того, как мать сказала ей, что не останется здесь. До того, как Анна увидела тело Авы. До воплей кошек и грохота разбитого стекла. До того, как она дала себя обмануть.

Облизать.

Придушить.

До еще одной больницы, теперь уже на другом конце страны.

Ее подозревают в покушении на жизнь Мэйси? Интересно, Хэл сказал им, что она не нападала на него? Мог ли он это сказать?

Ее охватило желание рухнуть на землю и сжаться в комок. Вместо этого она зашагала дальше, сжав нервы в кулак. Ее палец нажал на номер обратного вызова.

Хэл ответил после первого же гудка.

— Шварцман, — сказал он. Ее имя прозвучало как смесь ругательства и сильного облегчения.

— Мэйси? — спросила она шепотом.

— С ним все будет в порядке.

С ее губ сорвался всхлип. Всхлип облегчения, едва сдерживаемого страха. Скрытого ужаса.

— Он потерял много крови, но ты спасла его, Шварцман. Если б ты не остановила кровотечение…

Но она также подвергла опасности его жизнь. В чем теперь горько раскаивалась. Это первое, что пришло в голову, но она не могла сказать это вслух.

Сказать Мэйси «прости».

Сказать Хэлу «прости». За то, что подвергла Мэйси опасности. За то, что сбежала.

За то, что была настолько глупа, чтобы уверовать, что Спенсер не зайдет так далеко, не рискнет поднять руку на кого-то еще.

На Аву.