— Проваливай, пока цел! — процедил сквозь зубы Степан. — Я сегодня злой.

— Грубо! — Женька выбил фуражку о колено. — Грубо и неубедительно!

Степан оглянулся на подходившую мать и почти ласково сказал:

— В другой раз будет убедительно. Это я тебе обещаю.

Женька пожал плечами, надел фуражку, повернулся к Кузьме:

— Идемте, товарищ Кузьма!

Кузьма, стараясь не смотреть в колючие глаза Степана, пробормотал:

— Пойду... Посмотрю, что там у них... Может, на работу пристроят..

— По дешевке купили? — задохнулся Санька. — Эх ты!..

— Никто меня не покупал... — затравленно оглянулся Кузьма. — Я учиться хочу. На механика. У меня руки по инструменту скучают. Я каждое утро просыпаюсь и гудка жду. А он не гудит! Куда податься?..

Он подождал ответа, махнул рукой и пошел за Женькой, все убыстряя шаг. Степан и Санька молча смотрели ему вслед. Потом Степан сказал:

— Ладно... Я с этим механиком еще на узенькой дорожке встречусь... — Увидел подошедшую мать и нахмурился, а та спросила:

— Бить, что ли, будешь?

— Еще как! — кивнул Степан.

— Ну а дальше?

— Чего дальше? — исподлобья взглянул на нее Степан.

— Что ты ему кулаками докажешь: — Она покачала головой и усмехнулась: — Больно у тебя все просто. Чуть не по-твоему — бей! И в кого ты такой? Отец вроде тихим был...

— Вот и заездили! — буркнул Степан и оглянулся на Саньку: не любил, чтобы его домашние разговоры слушали посторонние.

Но Санька сидел на тумбе и посматривал в ту сторону, куда ушли Кузьма с Женькой. Степан свистнул. Санька встрепенулся и вскочил с тумбы.

— Пошли! — коротко сказал Степан.