— Вижу, что не железный. Номер какой?

— Ну, шестнадцатый это номер, — снизошел Степан. — Кого надо?

— Зайченко надо... — вздохнул паренек. — Ивана Емельяновича.

Санька присвистнул и спустился на нижнюю ступеньку лестницы. Степан с интересом поглядел на паренька.

— Он тебе кто? — спросил Степан.

— Дядя он нам, — не сразу ответил паренек. — Пройти к нему как?

— А нет его дома! — сообщил Санька. — Ни его, ни тети Кати.

— Оказия... — Паренек почесал затылок под треухом. — Стало быть, ждать надо.

Поставил чемодан подальше от Степана, уселся на крыльцо и опять длинно вздохнул.

Степан усмехнулся и сказал:

— Чего вздыхаешь, как пономарь?

Паренек промолчал и подвинул чемодан к себе поближе.

Из барака вышла Глаша, посмотрела сверху на треух, смешливо втянула голову в плечи и, присев рядом со Степаном, протянула ему клочок газеты со щепоткой махорки.

— Откуда?! — обрадовался Степан. — Ты разве куришь, Глаха?

Глаша смотрела, как он жадно нюхает махорку, бережно разравнивает ее на обрывке газеты, мусолит языком самокрутку, потом только сказала:

— Курю. Давно уже...

Паренек в треухе плюнул.

— Ты что? — удивился Степан.

— Девка — и курит!.. — уничтожающе посмотрел на Глашу паренек. — Срам!

— Тебя не спросили! — с вызовом ответила Глаша. — Деревня!