— Этого не может быть... — охрипшим вдруг голосом сказала женщина. — Вы лжете!

— Увы! — Павлов чиркнул спичкой и закурил. — Как это ни больно слышать, но он покинул нас... вернее, вас, Леди!

— Хам!

— Я или он? — спокойно спросил Павлов.

Женщина промолчала, а Заблоцкий, волнуясь, сказал:

— Господа, господа... Это все-таки личное... Давайте о деле.

— Где ваши люди? — обернулся к нему Павлов.

— Люди будут, — твердо ответил Заблоцкий. — Кстати, Петр Никодимович... Где молодежь, которая так слепо идет за вами?

— Бросьте, Вадим Николаевич! — огрызнулся вдруг Стрельцов. — Не так все просто, как кажется.

— Деньги? — спросил Заблоцкий.

— Денег я получил достаточно, — сразу сник Стрельцов. — Они хотят знать правду. А говорить ее, как вам известно, не рекомендуется!

Женька вскочил и опрокинул кресло.

— Кто там? — Заблоцкий отдернул занавеску и поднял над головой лампу.

Стрельцов вбежал в кабинет и, увидев Женьку, растерянно обернулся к Заблоцкому.

— Это Женя... Я вам о нем говорил...

— Очень рад, — уничтожающе оглядел Стрельцова Заблоцкий и обернулся к Павлову.

— Вы же ушли... — растерянно бормотал Стрельцов. — Собирались уходить...

— Я заснул... Нечаянно... А потом проснулся.

— Давно? — быстро спросил Стрельцов.

— Я все слышал, Петр Никодимович... Значит, вы брали у них деньги, чтобы обманывать нас... И мы верили вам... Я верил... А вы взяли самое дорогое и продали...