Я ничего не ответил, и он продолжил:

– Молодец! Правильно, правильно сделал, что не подошел ко мне. Зачем лишний раз показывать всем, какой ты гондон.

– Что тебе нужно?

– Ничего. От тебя мне ничего не нужно.

– Тогда не лезь.

– Знаешь, кто ты? Ты ебаный суслик. Или, сука, заяц. Вот кто ты! Ты заяц-очкошник. Я еще удивлялся, почему ты всегда нарываешься на проблемы, а потом выходишь целым! Съебываешься, как очкошник, как заяц, со всех ног, и, сука, живой. А вокруг тебя горы, блядь, го-о-оры трупов! – Заур схватил меня, но я легко от него отбился. Из внутреннего кармана у него выпала бутылка с прозрачной жидкостью. – Ох ты, накачался, да? Бороду себе отрастил? Немного пузо появилось. Мужиком, думаешь, стал? Да ты ни хуя не видел в этом мире! А я видел все! У меня на руках люди умирали! Женщины, дети! Ты думаешь, что ты хороший парень? Ты меня не стоишь! И Каримдина тоже! Это он тебя нашел с проломленной башкой и притащил сюда. Ты хотя бы раз ему позвонил?! Сказал ему спасибо за то, что спас твою жизнь?

– Я… – начал я, пытаясь скрыть удивление.

– Хотя бы, сука, раз, хороший человек, ты ему позвонил? Сказал «баркааллагь»? Он тебя на своих плечах протащил через всю эту гору до медчасти.

– Мне никто не говорил.

– Да иди ты на хуй, понял? Умник, всё тебе говори! Ты же журналист, до хуя умный, иди сам собирай информацию!

Наконец он замолчал, и я решил, что эта сцена себя исчерпала, но потом, уже себе под нос, Заур продолжил:

– Знаешь, ты подозрительно хороший невинный парень. Подозрительно. Ты слишком хороший парень… И пока ты лежал в больнице, я, навестив тебя, поехал домой навстречу этому гондону. Я целую теорию построил о том, как ты мог все провернуть. Я ничего не помню, но теория была охуенная, что это все ты. Так что радуйся, радуйся, что он, пока ты лежал в больнице, распорол мне живот, иначе я бы до конца недели тебя уже арестовал. И ты бы у меня во всем сознался бы. Я бы загнал тебе колючую трубу в жопу…

– Ты пьян. Как ты до этого докатился?

– Я бы привязал к твоим яйцам провода! Ты не знаешь, что я тут творил с пацанами, у которых бороды были побольше твоей! И ты, я вижу, туда же просишься. – Он зло улыбнулся, и в ответ я толкнул его.

Заур упал на землю, но чудом не покатился с холма. Он кое-как присел на зад. Теперь из его кармана вывалился еще и черный пакет с каким-то предметом.

– Приходи в себя и найди, где переночевать. Либо ты здесь замерзнешь, либо в машине слетишь с горы, – сказал я и развернулся.

– Знаешь, с кем я говорил только что? – задал вопрос Заур и этим остановил меня. – Знаешь, кто меня толкнул?