– Поехать с ними? – переспросила она.
– Ага.
– Нет, – заупрямилась она. – Вам двоим пригодится помощь.
– Мамзель…
– Мистер Макгрей, вы считаете, что у вас больше шансов преуспеть в компании хрупкого, обессиленного, раненого мистера Фрея?
–
Девятипалый раздраженно потер лицо.
– Со всем этим не поспоришь, мамзель, но неужели вы думаете, что я позволю вам…
–
В этот момент Макгрей обхватил ее за талию, взвалил себе на плечо, будто набитый мешок, и понес в дилижанс Катерины.
– Да, мой аргумент – грубая сила, смиритесь.
Кэролайн безостановочно ругалась, но мы ее не видели, поскольку она уже сидела в экипаже. Макгрей произнес громкое «цыц!», и до нас долетали их сердитые шепотки. Позже он рассказал мне, о чем шел разговор, – цитирую дословно:
«– Я все равно не верю тварям Белены. Неужто вы верите?
– Конечно, не верю!
– Хорошо. Значит, нам нужен тот, кто за ними приглядит; тот, кто предупредит нас, если они замыслят что-то недоброе. У вас есть тот портрет. Это наш последний козырь. И козыри нам сейчас очень нужны. Вы сами это сказали.
– Но…
– Тот портретик спасет нам жизни. Нутром чую!»
Смысл этих слов дошел до меня немного позже. Как и до Кэролайн. Однако в тот момент она согласилась с ним лишь потому, что снова закаркал ворон. И Макгрей выскочил из экипажа, пока она не передумала.